Выключив свет, она поступила так же, как и я: легла на противоположный край огромной кровати, завернувшись в одеяло и повернувшись ко мне задом. Но всё-таки не удержалась и буркнула в надежде начать разговор заново и помириться:
— Спокойной ночи.
Я ничего не сказал в ответ. Пусть видит, насколько глубоко я оскорблён. И вообще! Кто в семье правильней всего умеет обижаться, тот в доме и хозяин. Обычно женщины подобным пользуются, но в инструкции к семейной жизни не сказано: это оружие может палить только в одну сторону.
А мы с Палкиной, хоть и фиктивная, но всё-таки семья Ивановых.
Глава 19
Утром я продолжил делать вид, что обижен за вчерашнее. В принципе, давно успокоился, да и не сильно переживал. Но такое состояние отсекает все лишние палкинские вопросы о том, как я взломал её блоки. Ну и заодно отобью у Верки охоту манипулировать мной, давя на дружбу и прочие жалостливые моменты.
— Данила, мир? — наконец-то не выдержала она моего молчания за время сборов к отбытию из гостиницы.
— Я с вами, Оля, и не ссорился, — нейтрально ответил ей, воротя морду в другую сторону. — И уж раз мы на людях семья, то прошу называть меня исключительно Артуром. А то случайно назовёте не тем именем и испортите всю конспирацию.
— Ещё и на ВЫ? — недовольно скривилась она. — Хорошо, Артур! Но перестань себя вести как баба! Было и было! Проехали и забыли! Да, признаюсь, полезла вчера с требованием тех вещей, на которые не имею никакого права. Даже согласна с тобой, что с суккубами рядом мне пока делать нечего.
Только мы с тобой спасатели, и поставь себя на моё место. Такую тварь угрохать — это же просто мечта любого курсанта. Тем более ты знаешь о некоторых моих особенностях и о том, что прокачка мне не помешает. Но и ты хорош! Зачем выпендривался, копаясь в моей голове, а не просто доходчиво объяснил?
Во время этого короткого монолога вначале решил сделать вид, что пошёл на попятную и не злюсь. Но вот концовочка совсем не понравилась. Вроде Верка и извинилась, только последнее слово с обвинениями в мой адрес оставила за собой.
А как говорил Штирлиц: «Запоминается последняя фраза.». Нет, так дело не пойдёт. Привыкла принцессочка внучатая быть на первых ролях — пусть будет. Только не в моём фильме.
— Оля, я принимаю ваши извинения, — не меняя тона, ответил я. — Но меня сейчас волнует лишь выполнение задания, а не ваши душевные терзания."
"Зло фыркнув, Верка ушла в ванную. Зато явилась лейтенант Якутова.
