Бастард Императора. Том 4

Разлом «А» ранга — это не шутки, тем более учитывая мою нынешнюю ситуацию. Самое главное сейчас — определить, где я нахожусь: в космосе или же на какой-нибудь планете. От этого многое поменяется. Например, если на планете — не будет риска улететь в открытый космос.

Давно я их не видел, и бывал то всего пару раз на подобных агрегатах. После того, как космическая империя сформировалась и смогла пройти проверку временем, а именно не развалилась и никто не попытался установить новую власть, — императором было принято решение начать исследование дальнего космоса.

"Так как через разломы проходить опасно, на тот момент остался только один единственный удобный способ для расширения владений — корабли. Вот только простой корабль никак не смог бы достичь дальних звёзд, из-за невозможности долгой эксплуатации, поэтому лучшие умы империи придумали новый тип кораблей: мир-корабль.

Затраты на такие корабли были огромные, как человеческих ресурсов, так и производственных, и это, уже не говоря о создании новых верфей, но оно того стоило.

«Вечный» представлял из себя вытянутую сплюснутую ромбовидную махину. Если не ошибаюсь, длиной он был примерно, как диаметр луны. Отлитый из множества сплавов, он имел чёрный цвет, а украшали его золотые орудия.

Это был первый мир-корабль, поэтому инженеры расстарались и «немного» переборщили с его размером.

О никакой гибернации в то время и разговора не было. Мир-корабль был построен с целью, чтобы на нём проживали целые поколения колонистов, и он добирался до самых дальних точек галактик.

Цель у таких кораблей была одна — поставить гиперврата на заранее отмеченных координатах, чтобы возникло сообщение с империей. Конечно же никто не говорит о том, что люди были обязаны жить на корабле всю свою жизнь.

Нет, совсем нет. Всего двадцать лет. Вот только это касалось лишь специалистов, а чтобы ими стать — необходимо было пройти обучение на корабле, которое заканчивалось в восемнадцать лет.

Вот и получается, что люди должны были жить на корабле тридцать восемь лет. А учитывая то, что до одной точки он летел в среднем сто пятьдесят — триста лет, из-за своих размеров, «шанс» на жизнь на планете мог получить лишь каждый третий или шестой.