Белое солнце дознавателей. Книга 2

— Леди Блау, я очень прошу… надеюсь, что хотя бы ваше выступление обойдется без всяких эксцессов…

Кантор посмотрел на вассала, потом на меня, на колчан, который я так и баюкала на коленях, и… заразительно захохотал.

— Зря отказался, тебе тоже не помешало бы успокоительное, Тир, — Марша недовольно посмотрела в его сторону. — Или ты заразился сумасшествием от Блау?

— Не переживай Костас, — я потянулась и легонько похлопала нашего нового Ведущего по плечу. — Я постараюсь…

Тир заржал ещё раз, так, что кажется даже слезы выступили на глазах.

— Тир!

— … постараюсь, — повторила я с нажимом. — Минимизировать последствия…

— Последствия чего? — встрепенулся «цыпленок».

Запели горны и барабанная дробь, усиленная чарами грянула на Арене — участники следующей дисциплины приглашались на поле.

— Леди Блау!

— Всего, Костас, всего, — я встала, выдохнула, и, стукнувшись предплечьями с Тиром по-военному обычаю…

— И да поможет тебе Великий, Блау…

…пошла на Арену.

— Я не понял, сир?! Какие последствия имеет в виду леди Блау? Сир?!!!

***

— Тянет влево, — шепнул мне невзначай стоящий рядом ученик в сиреневой форме.

Кажется, эта псакова ткань называлась именно так — темная, с отчетливым сиреневым отливом.

Вериди — а в команде Восточников было сразу двое из сопредельного рода — помялся, переступив с ноги на ногу, и все же придвинулся ближе, высокомерно покосившись на хмурого южанина, который пустынным коршуном следил за нами издалека.

— Тянет сильно, берите правее, сира, только нужно учесть поправки на дальность и вес стрел, — всё-таки выговорил он.

Мальчишка был не высок — губами я могла бы коснуться кончика его носа, даже не вставая на цыпочки; щупл, даже в чем-то субтилен; красив до женоподобности и даже более.

Ладно.

Мальчишка Вериди был явно красивее меня, и половины присутствующих на трибунах дам, поэтому, когда в воздухе вспыхивала крупным планом проекция «номера пять» — ему выпало стрелял по жеребьевке пятым, сразу после меня — публика замирала вовсе не от его выдающихся способностей лучника.

— Почему вы решили помочь мне, сир? — проговорила я тихо, вытягивая очередную стрелу из колчана. На этот раз — «обычную», «нашу». — Турнир — здесь каждый сам за себя."

"— Север дружен с Востоком, близок, — правился он тихо, осторожно заправив прядь волос за ухо, украшенное двойным комплектом сережек по восточному обычаю.