Белое солнце дознавателей

Кто, Немес ашес, думал, что род Ашту закончит вот так?

Штандарт на шпилях уже приспустили, и теперь почти совершенно бесполезная тряпка повисла, обвивая стек.

Бесполезная тряпка. Такая же, как он. Вылинявшая от бесконечных битв, и борьбы с самим собой и миром. Он – теперь просто старая бесполезная тряпка.

Ашту вздохнул, подвигал сапогом туда-сюда – песчинки зашуршали под подошвой. Артефакты двора и периметра последние зимы он не обновлял тоже. Все так быстро приходит в негодность, если нет крепкой руки рачительного хозяина.

Ашту вздохнул ещё раз, чуть громче.

– Ещё не поздно передумать, – голос Шахрейна был задумчивым, но совершенно спокойным. Шах не сказал: «Жалеешь?» – они уже все обсудили заранее.

– Хоть артефакты поправят и отрегулируют, – буркнул в ответ Бутч. Он тоже не сказал: «Жалеть уже поздно».

– Если хватит силы, – педантично уточнил Таджо.

– Если примет алтарь – хватит.

Ещё пару мгновений они наблюдали, как слуги выносят вещи, стоя плечом к плечу. Шах молчал и Бутч был признателен ему за молчание.

Всё, что он делал, оказалось зря.

Выбрал Управление, поступил на менталистику, заработал проклятие, бросил развивать дар, бросил Юг, бросил Айену…

Тут он скрипнул зубами, как будто в рот набилось песка.

…бросил Айену одну на столько зим, и пока учился, и потом, когда выпадали редкие отпуска. А всё ради чего? Чтобы у нее было лучшее будущее.

Чтобы качать на руках её детей и когда-нибудь передать племяннику силу и Право по крови. Своей прямой ветви, а не побочной.

И к чему он пришел теперь?

– Аккуратнее! – голос Шаха хлестнул плетью, вспыхнули чары – он подхватил почти у самых плит что–то завернутое в плотную ткань.

Ваза? Он не помечал маяками вазы – этот фарфоровый мусор должен остаться здесь. Слуги засуетились ещё сильнее, путаясь друг у друга под ногами.

– Отдай. – Он сделал шаг вперед и требовательно протянул руку.

Один из слуг перехватил поудобнее только что спасенный драгоценный предмет, и преподнес на вытянутых руках с поклоном.

– Господин…"

"– Иньский фарфор, – констатировал Шах уверенно, когда он отогнул уголок тряпки, чтобы посмотреть. – Не эпоха Грани, но на хорошем аукционе можно…

Он размахнуся и первый раз за этот вечер сделал то, что хотел на самом деле – бросил вазу прямо на плитки с высоты своего роста.