Белое солнце дознавателей

Кольца, которые непременно отберут и заменят, после первого вечера, поэтому выбирала простые, которые можно заменить, оставляя самое ценное в шкатулке – одно кольцо, второе кольцо, третье кольцо.

Музыка взмыла вверх особенно высоко – стены вспыхнули серебром, отражая звуки, и я щелкнула пальцами, разжигая посреди стола в чаше огонь – записка Варго, списки составленные на днях, упаковка от подарков Дана, горело все, тлея пеплом.

Если будет обыск – не должны найти ничего. Ничего, что найти не нужно. Записку от Варго я перечитала несколько раз, затвердив наизусть, и даже мысленно отметила место на карте.

Кто знает, как быстро нужно будет искать.

Подвески на пояс я крепила медленно и тщательно – потеряла сноровку – это только южная традиция. Флейта висела, пристегнутая к поясу, болтаясь рядом с красной шелковой кистью – знак незамужней девушки. Я выбрала яшмовую, молочно-белую, спрятав бирюзовый подарок Дана подальше на стеллаж. Флейту отберут – и вторую мне было жалко, она нравилась больше первой.

Мелодия цитры снова взмыла вверх – Ариетта опять теряла возлюбленного, и стонала, заламывая руки.

Нужно будет посетить имперскую оперу. Иногда они дают неплохие спектакли.

Я плавно двигалась по комнате, кружась – колокольчики на щиколотках подрагивали в такт музыке. Шелк кружился вокруг ног, сережки звенели, рукава взлетали.

Леди. Истинная леди Блау.

Пирамидка дернулась, заели на повторе последние ноты – и остановилась, опустившись на подставку. Купол тишины требовательно вспыхнул трижды – кто–то стучался в дверь.

Я щелкнула кольцами, снимая плетения.

– Блау! – тировский голос из–за двери был встревоженным. Ещё бы. Служанки Кораев были белее снега, когда покидали спальню. Единственное, что я позволила им – это уложить волосы, и украсить лицо, запретив трогать руки.

Набор для рисования хной – как и положено для невесты – сгорел быстро, вспыхнув в считанные доли мгновения. Как и один сверток с дарами – я даже не удосужилась узнать что там.

Тиру придется делать ремонт – пара мелких черных пятен на полу, и одно больше – на шелковых обоях от молнии. Я метила вскользь, но служанкам этого должно быть достаточно. Чтобы, когда вернулись, обо мне сложилось нужное впечатление у всех гаремных слуг, которые сочтут, что проявлять уважение к северной гостье можно по-разному.

– Десять мгновений, – отозвалась я громко, и снова щелкнула кольцами, запуская запись.

Мне нужно ещё десять мгновений.

– Блау...