Белое солнце дознавателей

Смуглое лицо её стало серым – если бы Старшая госпожа была северянкой — я бы сказала – отливало благородной снежной бледностью, а так… она как будто постарела за одну ночь сразу на несколько зим.

Никто не произнес ни слова – во время церемонии говорить не принято, Джихангир только прикрыл глаза — с усмешкой, позволяя своей жене потянуть время — и молча покаяться."

"И Рейна — каялась. Шуршали чаинки, журчала вода, тонкой струйкой льющаяся из носика глиняного чайничка, стучало ситечко.

Рейна — каялась перед Главой своего клана, господином души и сердца, повелителем ее дома, властелином судьбы.

Но каялась за то, что только собиралась совершить. А не за то, что уже сотворила.

Старик не произнес ни слова с того момента, как мы пришли. Ни по поводу того, что Рейна проигнорировала его распоряжение — почти тридцать мгновений мы потратили на то, чтобы переодеться, привести себя в порядок и убрать все следы… ночи. После этого утра я изменила мнение о целителях гарема – дело свое они знали на отлично – горло отпустило, глотать стало почти не больно, свежие шрамы на ладонях уже затянулись тоненькой корочкой -- скрепленные плетениями и смазанные заживляющей мазью.

Старик не произнес ни слова по поводу плотного шарфа на шее, скрывающего следы, ни по поводу того, что я немного прихрамывала – как минимум декаду ногу нужно беречь, хотя охватил все одним взглядом – лицо, шея, руки.

В алькове нас было четверо – слуги удалились сразу. Нечто среднее между кабинетом, библиотекой и комнатой отдыха – Глава явно тяготел к южным традициям, потому что сидеть нам пришлось на традиционных подушках, на полу.

Рейна заваривала чай, Джихангир ждал, прикрыв глаза, я – крутила пиалу и вдыхала аромат чая, пытаясь разложить на составляющие. Первый Наследник – недвижимой статуей застыл за плечом отца. Его я рассматривала вскользь, с особым интересом – тоже переодетый в чистое, в строгий традиционный кафтан, он даже успел нацепить траурную ленту на лацкан… как будто его на самом деле волнуют жертвы пожара.

Это я находила особенно извращенным – неукоснительное соблюдение традиций. При любых обстоятельствах. Траурная лента по событию, которое… ещё не случилось.

По-сути, они сказали ему всё. Прямо и сразу. Жена и сын.

«Каюсь. Признаю и осознаю свою вину.