Пока мужчина суетится возле холодильника, делаю вид, что помогаю накрывать на стол. На самом деле, ищу в кухонной утвари хоть что-то для самозащиты, но черта с два, все как в тюрьме, одни ложки, деревянные лопатки и прочая дребедень. Расчетливый Коэн убрал все колюще-режущее. Ладно.
Он меня кормит заказанной из ресторана едой. Угощений много, даже десерт положил.
— Завтра с утра, поедем в клинику, — глухо произносит.
Буквально гипнотизирую глазами Коэна, смотрю так пристально, что тот давится. Сейчас, буду рисковать, ходить по лезвию ножа, но других вариантов похититель мне не оставил.
Он видит, как я облизываю губы и приподнимаю бровь. Выглядит смешно, знаю. Однако продолжаю свои действа, упираюсь грудью об стеклянную поверхность стола, тянусь ближе.
— Коэн, хочу тебя, страстно.
— С чего бы? — рефлекторно отстраняется, кривится в улыбке.
— Иди топи баню.
Я намеренно не отвечаю на его вопрос. Теперь просто молчу, наблюдаю. Конечно, он не верит мне, но и отказать вроде как не по-пацански.
Ну, это я уже от себя утрирую.
— Пошли в комнату, — не уступает.
Его глаза вспыхивают азартом, на бледном лице проступает легкий румянец. Мужчина сильно волнуется, от этого начинает кусать губу, нервно постукивать пальцами по столу.
— Нет, Коэн. Мне нужно помыться и согреться.
Он громко рычит, ударят кулаком, от чего подпрыгиваю, но тут же возвращаюсь в позицию требователя. Похититель резко встает, хватает мое предплечье, тащит наверх. И вновь спальня.
Я получаю толчок в поясницу, быстро перебираю ногами вперед, за спиной скрежет закрывающегося замка.
Минуты тянутся так долго, что хочется выть, в глубине души, все еще надеюсь увидеть Руслана, однако эта спасительная ниточка с каждым мгновеньем становится тоньше.
Обнимаю руками наше дитя, глубоко дышу, хожу из стороны в сторону. Совсем темно на улице, как и в спальне, свет включать не стала, так лучше видно обстановку по ту сторону. Мороз сменился метелью."
"Я бы могла бы разбить стекло и выпрыгнуть, да только слишком высоко, а внизу даже сугроба нет.
В лучшем случае ногу сломаю, в худшем, Коэн сломает меня. По телу ползут мурашки, и я оборачиваюсь.
Мужчина открывает дверь и не спеша проходит в комнату. Господи, он до жути возбужден, и я не имею в виду сейчас его каменное достоинство. Морально. Хотя может и там, но думать об этом совершенно не хочется.
Коэн хаотично смотрит по сторонам, не фокусируется на чем-то одном. То на кровать, то на шкаф, потом на меня.
