Очень громко визжу, почти подпрыгиваю, когда горячая мужская ладонь, внезапно ложится на лицо и закрывает глаза. В ноздри тут же пробирается аромат, самый приятный из когда-либо созданных и я понимаю, кто хозяин той руки.
— Не правильно целишься, Зайка… — родной шепот опаляет висок.
Что? Юсупов назвал меня Зайка? Ну, нет, только не это слово, хотя сейчас совершенно не до этого.
Руслан становится позади, и я спиной чувствую тепло его тела. Так хорошо и кажется, словно я уже дома. Второй рукой он уверенно обхватывает мое запястье и говорит, что не позволит смотреть над расправой.
Вздрагиваю, когда Юсупов резко меняет тон, уже обращаясь к Коэну:
— Больше никто не посмеет тронуть мою семью.
Всего одна фраза, а сколько в ней жесткости. Каждое слово четкое, ледяное, кожу снова начинает пробирать морозом.
Юсупов уважает женщин, и после моей беременности проявил стальную выдержку, терпение, даже не смотря на все обстоятельства. Я слышу его голос, и у меня начинает потеть зад. С этого момента решаю, что больше никогда не допущу ситуаций, вынуждающих Руслана говорить подобным тоном.
Он не хочет, чтобы я видела, однако возня и матерное выражение Женьки, указывают на то, что парень смог оттолкнуть Коэна, отойти на безопасное расстояние.
— Думаешь, пощады просить буду? — хрипит Коэн и громко сплевывает."
"— Нет, — теперь спокойно, с особой ноткой блаженства отвечает Руслан.
— Ну, давай! Стреляй! Избавь меня от мук этой просратой жизни! — нервы Коэна окончательно сдают, теперь он кричит так сильно, что эхо вызывает звон в ушах.
— Как скажешь…
Я замираю и, наверное, забываю, как дышать.
Юсупов, не отпускает моей руки, шепчет, чтобы я не боялась. Он управляет и кладет палец сверху моего на курок. Оглушающий выстрел, мой визг, мужская ладонь наконец-то освобождает глаза.
Я вижу лежащего на мокром полу Коэна и словно в бреду разворачиваюсь к Руслану.
— Ты…ты убил его? Рехнулся?
— Успокойся, — смеется, чертов возлюбленный, ловко прокручивает в руках пистолет, — это всего лишь травмат.
У него болевой шок, очухается твой Коэн.
— Мой?
Юсупов снимает с себя куртку, накидывает мне на плечи и подхватывает на руки.
- “Жопа” закончилась, завтра вечером мы улетаем в Родос.
Я облегченно начинаю стонать и даже хочу потерять красиво сознание, как в романтических фильмах, когда супергерой спасает деву из лап опасного монстра. Но нет, все-таки решаю бдеть до конца, поэтому сосиской болтаюсь в сильных руках Юсупова.
