Я поздно спохватилась о деньгах, но, видимо, “отец” выделил достаточно денег, потому что кошель опустил лишь на десятую часть. Стражи быстро все переправили порталами во дворец лорда де Шалиса.
— Теперь вещи…
— Я видела тут один модный детский салон, там наверняка есть что-то готовое и можно сделать на заказ.
Ах да, вряд ли здесь так просто продается одежда. Что ж, тогда ей займемся в последнюю очередь, а пока — люлька. Я уже собиралась переходить к следующему ряду, когда мое внимание привлек кукольный театр.
Мы как раз успели к началу, поэтому оказались в первых рядах и застыли невольными зрителями. Я с интересом наблюдала печальную историю любви между светлой и темным. Закончилось все печально: светлую забрали домой, но она была беременна. Ей пришлось сбежать, но долго она не прожила: темная магия дитя убило её, а темный отец горевал над могилой нерожденного дитя и умерщвленной возлюбленной. Я была настолько заворожена историей, что не сразу обратила внимание на реакцию Джины: она стояла рядом, неподвижно, лишь в глазах застыли слезы.
Я достала из кармана плаща платок и подала его эрледи.
— Вы в порядке?
Она утерла слезы белой тканью с кружевной оторочкой и покачала головой.
— Нет, не все в порядке, Аламинта, — прошептала она и, отвернувшись, прошла между зрителями, удаляясь от кукольной сцены.
Я поспешила за ней. Она направилась к одной из кофеен. Внутри было уютно: деревянные голубые столики, мягкая обивка и сладкие ароматы. Сделав заказ (что-то вроде блинчиков с эмичным джемом), мы присели за столик.
Джина выглядела разбитой.
— Расскажите, в чем дело? — спросила я и женщина вздохнула.
— Та девушка… в спектакле… — эрледи посмотрела мне в глаза, — это моя дочь.
Глава 13.4
Насколько я знаю из прошедших уроков, у Джины было два ребенка: сын и дочь. Сын был предыдущим правителем Ардахейма и отцом эрлорда, значит, девушка в спектакле приходилась тетей Анвэйму.
— Если вы желаете поговорить об этом, я открыта к беседе, — ответила осторожно.
— Эта история давно забытых дней и о ней предпочитают не вспоминать в приличном обществе, поэтому ты, должно быть, о ней не слышала, — произнесла Джина.
— Это было около ста тридцати лет назад. Стэфания, моя дочь, связалась с темным, влюбилась и… забеременела.
— И ребенок, разумеется, был темным по всем законам нашего мира, — с горькой усмешкой произнесла я."
"— Да, — согласилась эрледи. — Он уничтожал Фани. Моя дочь умирала на глазах своих едва ли не всесильных родителей.
