Эта волна прошлась по горам, вызвав обвал. Твои родители оказались жертвами, а ты как-то смог выжить благодаря своей магии. Тогда, видя еще совсем ребенка и осознавая, какая в тебе заточена сила, я понял, что нужно для разрушения моей стены. Магия, уравновешивающая меня внутри границы. Ребенок, в котором, наоборот, светлой магии больше, чем во мне, но она такая же смешанная. Я ждал, пока твоя сила, Анвэйм, достигнет своего пика. И я умею быть терпеливым.
— Поэтому ты не выбрал в своем плане меня? — спросил делорд задумчиво.
— Тебе нужен был именно светлый отец для твоего “уравнителя”.
— Не обессудь. Вы же не подеретесь сейчас из-за такой мелочи? Подумаешь.
Столько насмешки в его словах, столько желчи. Внутри сидит маленький обиженный ребенок, но при этом невероятно могущественный.
— В тебе говорит обида, — произнесла я и подняла заплаканные глаза на двуликого. — Неужели ты не понимаешь, что ничего этим не решишь? Почему бы не отступить? Ты — мой брат.
— Не твой, а Аламинты, и то лишь единокровный, — усмехнулся он.
— Не пытайся наставить меня на “путь истинный”, ничего не получится. Я давно шел к своей цели и согласен только на могущество. Но, кажется, наш диалог затянулся, — он посмотрел на Аира, — ребенка, пожалуйста.
— Нет, — прошептала я, смотря на делорда, — не отдавай ему малышку. Пожалуйста. Ты не можешь, нет.
— У него нет выбора, — произнес Анвэйм и посмотрел на меня, — ты в коконе. Разбить его извне не получится — магия двуликого слишком сильна, а мой резерв почти пуст.
— Я нахмурилась, не понимая Анвэйма. — Лишь изнутри получится разбить его.
Аир медленно шел к Санхелю-Дарриа, а я неотрывно смотрела на Анвэйма. Что он хочет этим сказать? О чем он? Почему он без магии?
Посмотрела на свои руки, вновь обратив внимание на искорки между пальцев. А ведь это не просто покалывания, это — настоящая магия. Магия Анвэйма. Я с ужасом осознала, почему он пуст — он передал магию мне, пытаясь спасти. Разве такое возможно? Я плохо помнила об этом, кажется, что-то такое он мог сделать, например, он же передавал магию нашей дочери.
Но сейчас важно не это. Намного важнее другое — у меня есть магия, если я правильно поняла слова Анвэйма. И те полосы, когда я дотронулась до купола, это трещины. Я вновь приложила ладони, просматривая узор купола. Аир уже протянул Арину, затянутую в магический купол-щит, созданный ею самой, двуликому, но в последний момент в небе раздался оглушительный клекот — через стены пролетел грифон.
