Помнишь, я уже тебе говорил, что были случаи, когда делорд видел одну из близнецов во сне, а истинной оказывалась другая из-за удивительной связи сознаний. Ты ведь… тоже несколько связана с тем телом, в которое попала.
— Но до этого Аир не чувствовал, что Аламинта его избранная."
"— И такое бывало, — пожав плечами, ответил эрлорд. — Что связь проявлялась позже, не со дня первой встречи. Вдруг он вообще пользуется возможностью влиять на тебя, назвав своей истинной, ты не думала об этом? Ведь в прошлый раз он не почувствовал опасности, хотя обязан был.
И не говорит, где он был.
— У него были свои причины, — сама не знала, почему начинала его оправдывать.
Слова Анвэйма были логичными, его недоверие — еще более логичным, но что-то внутри меня бунтовало против того, чтобы видеть в Хассаире врага. Он друг! Возможно, даже больше чем друг.
— Неужели? Он тебе рассказал о них? — Я не ответила, Анвэйм прищурился. Я не могла оттолкнуть его, попыталась, но легче сдвинуть скалу. — Так и думал, что нет. Тогда с чего ты взяла, что он не играет тобой, не подослал этот сон специально? Ему ведь вполне может быть выгодно влиять на тебя, а соответственно и на ребенка, который имеет весьма необычное происхождение, но еще более необычную судьбу, если верить пророчеству.
Тем более никто не знает его особую способность. быть может, он властелин снов?..
Я открыла рот. И закрыла. Положив ладони на грудь Анвэйма, попробовала оттолкнуть. Не с первого раза, но получилось. Мы буквально отлетели друг от друга. Я была обижена.
Больше за то, что он посмел так плохо думать об Аире! Да, это глупо с моей стороны, но быть может я уже начинаю что-то чувствовать к темному, что ни за что не хочу верить в его вину!
— Что, опять я плохой? — усмехнулся Анвэйм. — Кто бы сомневался в этом.
Да-да-да! Он плохой! Хочется что-нибудь ему сделать, побить кулаками в грудь, сказать, что он не прав, что он опять все решает за меня, вкладывает нужные мысли и что вообще он со своим Отбором…
Я выдохнула. Разумеется, это были эмоции и гормоны.
И возможно отчасти мои странные, необъяснимые чувства к светлому.
— Это всего лишь твое мнение, оно не характеризует тебя ни с какой стороны, — пытаясь успокоиться, ответила я. — И имеет право на существование. Мое право: принимать или отвергать его. В данный момент я выбираю второй вариант. Спасибо за заботу, Анвэйм.
— Не за что, — ответил он с иронией.
Сейчас он выглядел вновь ледышкой и его настроение явно изменилось после того, как я назвала делорда Аиром.
