Его никто не услышал, настолько речь была неразборчивой, но Анвэйм, почувствовав перемену в настроение придворного мага, тоже изменился в лице и придвинулся к нему ближе.
— Вы что-то придумали?
— Это может сработать, — проговорил он и посмотрел на Анвэйма, — ваша светлость, но я не уверен. Совершенно не уверен. Это может погубить обоих.
Я закричала. Анвэйм пошатнулся и схватился за столбик кровати. Он встретился со мной взглядом. Я прошептала охрипшим голосом:
— Пожалуйста. спаси его. пожалуйста.
— Какова вероятность, что ваш план сработает? — спросил эрлорд, посмотрев на магистра Ревиоли.
— Я не знаю, ваша светлость, — тихо ответил маг, — никто бы не дал гарантий, и я не могу сказать точно. Это опасно, но учитывая необычное происхождение малыша, его родственные связи.
— Да говорите уже! — взорвался Аир, обернувшись к магистру. — Что вы хотите сделать?! Вы не видите, они оба умирают!
— Схватки не начинаются, — подтвердила эстресс Марисель.
— Темная подпитка, — вымолвил магистр Ревиоли и посмотрел сначала на делорда, а потом на эрлорда.
— Быть может, ему нужна темная магия, поэтому он больше не принимает светлую.
Анвэйм сглотнул и посмотрел на меня. Но решение уже принимал не он: Аир положил руку на мой живот, пустив темные лучи. Я почувствовала успокаивающую пустоту, после чего провалилась в сон.
Три дня провалялась в агонии: плохо различала лица, чувствовала жар в теле, ребенок был беспокойным и постоянно толкался. Меня часто погружали в целебный сон и поили отварами, но рядом неизменно был Аир и Анвэйм, причем порой я путала их присутствия, так как на этот раз ребенка подпитывали оба.
Кажется, я услышала отрывок разговора, но не была точно уверена, не почудилось ли мне:
— Судя по всему, двуликому ребенку быть. Пророчество исполнится, — сообщил Аир.
— И в дневниках твоего деда нет ни слова о пророчестве, — вздохнул Анвэйм. — Все мы думали, что дело лишь в родителях — темном и светлом — но оказалось все куда более запутанным.
— Нужен был ребенок, обладающий двумя видами магии, — тихо проговорил Аир, и в его голосе угадывался легкий страх. — Хотя теперь я в какой-то степени тоже отец твоего ребенка, пусть и магический.
— Заткнись, — неожиданно резко ответил Анвэйм в несвойственной ему манере.
Аир негромко рассмеялся. Я была почти уверена, что этот разговор мне почудился, был лишь игрой моего воображения. Именно так я думала, распахнув веки на четвертый день.
