— Эрлорд Ардахейма, правитель светлых — насколько я успела понять, тот самый мужчина с глазами цвета вечных ледников и отец ребенка? Насколько могущественен Ардахейм?
— А насколько может быть могущественное государство, если в нашем мире их всего лишь два? Две противоборствующие равные стороны. — Мои надежды рушились, а я все больше ощущала прутья стальной (пока совсем не золотой) клетки. — Анвэйм Светлый — правитель Ардахейма, один из самых могущественных магов нашего мира."
"Анвэйм. Какое мелодичное имя.
И так подходит ему. Это имя — словно сам свет, проникающий через кубы льда. Такое же отстраненное-холодное на вкус, но обещающее тепло снаружи. Странный мужчина и имя ему под стать.
— Но ты не должна его бояться, лорд де Шалис сможет тебя защитить. Здесь, в Фарахейме, его власть ограничена.
Что-то я не заметила это ограничение. Видимо, у меня проблемы со зрением.
— Спасибо. Защита сейчас не помешает, — покладисто произнесла я. — Мне так стыдно, что я неправильно поняла ваши слова про “усыпить”.
Вы просто хотели ввести меня в сон, верно? Я была сильно напугана, приняла вас за… кхм, скажем, палача.
— Ох, девочка, должно быть, ты сильно испугалась. Не волнуйся. Лорд де Шалис, отец девушки не желает причинить тебе вреда. Ты можешь ему полностью доверять. В твоем теле — его внук. Он сделает все, чтобы он родился.
В том числе пожертвует мной? Это меня и пугало: всем был нужен ребенок, а мне же хотелось сохранить не только малыша, но и свои жизнь. Не уверена, что у меня будет еще одна попытка возродиться.
Поэтому, можно ли доверять лорду де Шалису, я решу позже. Пока я готова принять его помощь, если таковая будет, но обязательств на себя не приму. Корыстно? Может быть. Но я одна в другом мире и теперь в ответе за неродившееся дитя. Сначала взвесим аргументы всех сторон, которых сейчас три (считая недавнего визави), а потом будем принимать решения.
— Как я попала в этот мир? Почему заняла тело беременной девушки?
Глава 2.4
Дело не в том, что меня волновал сам процесс перехода в этот мир, намного важнее для меня было понять, что именно от меня хотят, с какой целью сюда вернули, и самое главное — что постараются скрыть и где обмануть.
Я знала, что задавать слишком личные вопросы магистру Энраду не стоит, потому что он не ответит. Во-первых, он был лишь исполнителем, как я успела понять, во-вторых, я лишь пешка в их игре. Моя жизнь имеет значение лишь до того момента, пока во мне этот ребенок.
