На этом странная сделка с Палачом может считаться оконченной. Но спокойнее я выдыхаю, только когда вертолёт становится точкой едва заметной.
— Глаза не сотри, — зло произносит Зверь.
Его губы странно кривятся, а энергетика приобретает отчётливый красный оттенок. Ярость штормовая обороты набирает.
— Это ревность? — глупо спрашиваю я, не знаю, на что надеюсь.
Я впервые с такими самцами на одной территории сталкиваюсь и ощущения не из приятных. Яйцами меряясь, они и в порошок стереть могут, не заметив букашку вроде меня, случайно попавшую под удар.
— Это чувство собственности. Моё трогать нельзя. Ни пальцами. Ни словами. И моему… в другую сторону смотреть запрещается, — после небольшой паузы добавляет, стирая мою волю в порошок.
Глава 70. Арина
— Дом готов?
— Да, господин. Нино комнату подготовила для… — мужчина осекается, оглядываясь на меня. — Для девушки.
— Отдельную? — уточняет Зверь.
— Да.
— Пусть перестелет. Малая спать будет со мной в одной постели. Всегда.
— Хорошо, — моментально отзывается Арес и звонит кому-то, отдавая распоряжения.
— Исаевым позвони. Их клиника понадобится. Чем скорее, тем лучше.
— Что-то ожидается? — деловито интересуется Арес.
— Малую посмотреть нужно. Анализы взять, обследовать от и до. Хочу знать, в порядке или она.
— Выглядит здоровой. Но бледная и тощая. Нино откормит, — добродушно усмехается мужчина.
— Прежде чем откармливать, пусть мне врачи скажут, что ей можно, а что нельзя есть и делать. Беременна.
После этих слов в салоне автомобиля повисает тишина.
— Хорошо. Я позвоню.
— Чё тянешь? Сейчас звони. Её полоскало нехило. Не хочу, чтобы она моего ребёнка потеряла или выносить не смогла! — грубовато отвечает Зверь. — Если прямо сейчас принять могут, сначала к ним заглянем.
— Как девушку представить?
— Ты, блять, на бал к мэру собираешься записывать нас или к старым хорошим знакомым? — взрывается Зверь. — Моя женщина понесла. Это всё, что знать нужно.
— Но имя у этой девушки есть? И если оно именно то, о котором я думаю, навряд ли наши старые хорошие знакомые ей обрадуются, — позволяет себе усомниться Арес.
— Срал я на их радость. Не нравится что-то? Пусть клинику освобождают, я других людей работать отправлю. Верных. Преданных. Не задающих лишние вопросы. А всякое недовольное трепло окажется на свалке. В разных мусорных баках. Всё ясно?
— Яснее некуда, господин, — Арес покорно склоняет голову и сразу же звонить начинает, отдавая распоряжения хорошо поставленным, сильным голосом.
