Всё растворяется. Только похоть к концу ствола приливает. Мощным потоком.
Малая размякает и становится податливой. Прикажи ей раздеться — сама с пассажирского сиденья перелезет и оседлает. Будет биться спиной об руль и тискать мой болт узкой звездой. Под самый корень. До опухших яиц…
— У нас ещё одно место. — заставляю себя оторваться. — Сначала там…
— Там это где?
— Тебе понравится. Главное, не провоцируй. Не то придётся всех выгнать и над столом тебя нагнуть.
Бакиров всё по-высшему уровню организовал. В этом крутом ресторане места за год вперёд расхватывают.
Он подсуетился, освободил для меня лучшее место. С хорошим видом за окном. Наверное, вид реально хорош. Но то, что я вижу напротив, просто заебательски прекрасно.
Тонкая. Красивая. Изящная. Моя..
Мы выбираем что-то из меню. Не помню, что. Вкус еды проходит мимо меня. Я смотрю, как Арина ест. Уже до десерта добралась… Губами пышными сливочный десерт с вилки снимает.
Провоцирует. Как будто по болту слюни разносит. Я смотрю на её язык. Мелькнул и пропал.
Блять… Как она ловко им, а? По головке бы чиркнула, слизывая смазку… И снова меня странно на другие мысли пробивает. Попробовать её на язык.
Наклоняюсь вперёд.
— Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал?
— Да, — улыбается. — Хочу. Всегда хочу…
Пожираю её взглядом. Изнутри колотить начинает.
— Я тебя всюду распечатал. Но ещё кое-что не пробовал. На вкус.
Малая аж вилку роняет. Краснеет, как рак варёный. Ёрзает задницей на сиденье. Как будто ей печёт.
— Ну что? — ухмыляюсь. — Как там говорят… Продегустировать?
Ещё больше смущается.
Непонятно только, кого от намёков больше ведёт. Меня или её? Хочется проверить. Прямо здесь повалить на диван, задрать юбку и…
— Трусы мокрые?
— Рустам… Мы же в ресторане!
Пальцы трясутся. Взгляд влажный становится. Поплывший. Губы покусывает.
— Значит, мокрые. Иди, — киваю в сторону туалета. — Сними их. Мне принесёшь, — по карману пиджака хлопаю. — Сюда положишь и будешь слушать. Как это будет…
Напряжение в воздухе, как будто перед грозой. Густое и влажное.
Мне кажется, я уже чувствую её запах. Сливочный, шелковистый на ощупь.
— Зверь.
Кликуха мгновенно вырывает из мыслей.
Оборачиваюсь резко. За моей спиной стоит один из тех, что ехал следом за мной в тачке. Для охраны.
— Чего тебе? Какого хуя припёрся?
— Немец Звонит. Говорит, до тебя не может дозвониться. Срочно. Очень…
— Я занят.
— Это важно. Сам послушай…
Хватаю телефон.
— Если ты меня просто так отвлёк, Немец…
Он перебивает. Не давая договорить.
