Мне кажется, что я чувствую привкус железа, когда он целует меня, что придает поцелую опасную остроту, и мой адреналин подскакивает, когда мой язык скользит по его языку. Я чувствую, как он поддерживает меня, его руки лежат на моей талии, и я разражаюсь внезапным смехом, когда моя спина ударяется о дерево и я вспоминаю слова Джаз.
Иван отстраняется, момент прерван, на его лице растерянность.
— Почему ты смеешься? — Спрашивает он, и я вздрагиваю, думая, что он рассердится на меня за испорченный момент.
— Джаз сказала, что ты можешь трахнуть меня у дерева, — признаюсь я между хихиканьем, и Иван ухмыляется, снова приближаясь ко мне, проводя рукой по моей талии до бедра."
"— Тебе бы этого хотелось, Шарлотта? — Пробормотал он, снова проведя губами по моим губам. — Чтобы тебя трахнули здесь, под открытым небом? Я могу стянуть эти леггинсы и нагнуть тебя, или раздеть догола, обхватить твои ноги вокруг моей талии и жестко трахнуть тебя прямо здесь. Ты можешь вернуться в машину вся в моей сперме.
— Его рука опускается ниже, пальцы скользят по моему бедру. — Ты этого хочешь?
Фантазия опасно близка к обещанию Венома преследовать меня по темному фруктовому саду. Я не должна этого хотеть, но это не меняет того факта, что я мокрая, мокрая настолько, что начинаю беспокоиться, что могу промокнуть через леггинсы. Мне хочется, чтобы Иван передвинул руку чуть левее, прижался к тому месту, где я так отчаянно нуждаюсь в этом, но вместо этого я отстраняюсь от него, и сердце бешено колотится, когда я выворачиваюсь от его руки и отступаю назад.
— Может быть, — шепчу я, обхватывая себя руками, и выражение его лица меняется с похотливого на нежное, когда он замечает опасения в моих глазах.
— Может быть, сначала в постели. — Он улыбается мне, снимая напряжение, и снова переплетает свои пальцы с моими, и мы продолжаем идти, восстанавливая нормальное течение дня.
За исключением того момента, когда он сказал мне, что он чувствует себя со мной как дома.
Эта фраза снова и снова прокручивается у меня в голове, и я не могу перестать думать о ней еще долго после того, как этот момент прошел.
***
Когда мы вернулись с тропы, был уже поздний вечер, и мы оба проголодались. Мы находим небольшой паб неподалеку и останавливаемся, чтобы съесть закуску из жареного сыра, а на ужин — гамбургеры и пиво, и ни разу Иван не сказал ничего о том, что мне следует следить за тем, сколько жареной пищи я ем.
