Вместо этого мы поглощаем все до дна, и когда он отвозит меня обратно в квартиру, я колеблюсь, когда он открывает мою дверь.
— Ты должен подняться к десерту. — Говорю я ему. — Яблочный пирог все еще на кухне. Мы могли бы посмотреть кино.
Я принимаю душ и переодеваюсь так быстро, как только могу, и выхожу в шортах и футболке, чтобы застать его на кухне, нарезающим кусочки пирога. Он поворачивается, и, клянусь, я вижу, как в его глазах вспыхивает жар, когда они проходят весь путь вниз, к моим ногам и снова вверх.
— Это не очень сексуально. — Говорю я шутливо, почти извиняясь, и Иван хмурится.
— Ты сексуальна в любой одежде. — Он протягивает мне тарелку. — Поверь мне, Шарлотта, мне так же трудно удержаться от того, чтобы не снять с тебя это, как и тогда, когда ты надела то сексуальное платье на нашем первом свидании.
Мне трудно в это поверить, хотя он говорит искренне. Но я чувствую на себе его взгляд, когда мы устраиваемся на диване с яблочным пирогом и кружками сидра, который мы купили в саду, и я включаю «Битлджус» на заднем плане.
Во всем этом нет ничего сексуального, и все же я чувствую, что он смотрит на меня так, словно хочет поглотить меня.
Как будто он хочет ощутить мой вкус больше, чем что-либо еще.
Это напоминает мне о той ночи в «Маскараде», о мужчине, которому я позволила опуститься на меня, о мужчине, которого я почти наверняка никогда больше не встречу и не увижу. Но Иван дарит мне те же ощущения, и от этого мне становится тесно и жарко, как будто моя кожа вдруг стала слишком мала для моего тела.
Я думаю, не стоит ли мне позволить ему близко подойти. У меня такое чувство, что сегодня все зайдет еще дальше, и у меня не хватит силы воли остановить его снова. Но тут возникает вопрос: а зачем мне это нужно? Секс — это не обещание вечности. Это просто удовольствие.
И я хочу узнать, какое удовольствие приготовил для меня Иван.
Я тяжело сглатываю, откусывая еще один кусочек пирога.
— Вкусно, — бормочу я, запихивая в рот приторное яблоко и маслянистую корочку, и Иван кивает.
— Так и есть. Благодаря тебе, — напоминает он мне, и я смеюсь.
— Нам придется попробовать себя в других видах. Какие-нибудь ягоды на Рождество, может быть… — Я прерываю разговор, понимая, что, по сути, предположила, что мы будем встречаться и зимой, но Иван не выглядит ни капельки ошеломленным этим.
— Я в деле. — Говорит он с ухмылкой, но под этими словами скрывается что-то более глубокое.
