Уитворт открыл приготовленную папку, которую, кстати, делали местные варвары, и передал первый документ.
-Как вы знаете, переговоры о вступлении России в альянс всех небезразличных к будущему Европы стран, зашли в тупик. И виной тому необдуманные речи и письма с предостережениями одного пылкого юнца. Особенно сильное впечатление его смехотворные аргументы произвели на Императора. Таким образом, союз России с Австрией и Англией под угрозой. И только в ваших силах помочь заключить его. В письме один из участников собрания новгородских офицеров, описывает, как интересующее нас лицо публично клевещет на доблестную русскую армию и ставит под сомнение её возможность даже добраться до поля боя.
-Очень забавное письмо. Не буду спрашивать, как оно попало к вам. Но вы смогли меня заинтриговать. Может, у вас есть что-то ещё более интересное? — большой нос собеседника забавно сморщился.
Уитворт подумал, что Кутайсов похож на большого и мерзкого грызуна. Этот огромный нос, живущий своей жизнью, чёрные глаза-бусинки и вся его нелепая фигурка, напоминающая крысу.
-Есть копия письма, которое наш герой написал графу Орлову. Очень, знаете ли, необычный документ. Он достаточно объёмный, прошу вас ознакомиться в ближайшее время. Если потребуется, то из него можно сделать очень интересные выводы.
Фаворит некоторое время молчал и что-то обдумывал. Наконец решился и ответил послу.
-У обер-прокурора, князя Хованского, тоже есть письмо, адресованное Константином брату. Я его читал и могу с уверенностью ответить, что оно весьма двусмысленное.
Думаю, мы сможем вам помочь господин Уитворт, но всё упирается во множество деталей. Прошу меня понять, но нельзя быть уверенным в осуществлении вашего плана.
-В чём заключается главное препятствие? Есть компрометирующие письма и желание заинтересованных лиц передать их Императору. Главное — правильно разъяснить, о чём в них идёт речь. Если дело опять в деньгах, то я готов пойти вам навстречу, но в разумных пределах.
-Дело не только в деньгах. В отличие от вас и заинтересованных лиц, стоящих за князем Хованским, именно я буду передавать письма Императору.
И мне придётся объяснять вред и опасность написанного для русского общества. Трудность в другом — многие люди не знают, но Его Величество очень привязан к своей семье. Даже если он будет совсем не в духе, то быстро успокоится и отменит своё решение. Но гнев его может перейти к тому, кто покусился на жизнь его близких, — ответил фаворит и вздрогнул от описанной перспективы.
