-Тогда давайте решать вопрос, пока все действующие лица в столице и никто не сбежал.
Быстро пробежались с соратниками по плану и разошлись. Мой день ещё не закончился, вернее, он плавно перешёл в спальню, где уже истосковалась Юля.
Я и не знал, что в Мраморном есть чуть ли не целые подземные казематы. Не катакомбы, но несколько хорошо замаскированных помещений имелось. Самое забавное, что часть из них обнаружили и обыскали следователи в поисках денег. Но Волков с Некрасовым наивностью не страдали и спрятали золото в спальне двойняшек.
Архива как такового давно уже не было, разобрал я его и зашифровал в небольшой тетрадке. В нынешнем виде, он хранился среди дневников и записей Юли, куда ни один вменяемый человек не полезет.
А ничего здесь, сухо и не очень холодно. Не знаю, как здесь работает дымоход, но вонь от чадящих ламп совсем не ощущается. В углу потрескивает небольшая голландка, которая и даёт тепло. Сажусь на единственный стул и внимательно смотрю на действующих лиц. Волков пришёл с каким-то невысоким мужичком самой обычной мещанской наружности.
Кузнецов пытается делать вид, что ему всё равно, но лёгкая бледность и дёрганые движения говорят об обратном. Игнатьев, как всегда, индифферентен и молчалив. Киваю в знак того, что я готов к предстоящему спектаклю.
-Это Семён Афанасьев, — по кивку Волкова Михаил срывает мешок с головы, стоящего на коленях человека, — Верный холоп и исполнитель пикантных поручений Якова Дубянского.
На мой молчаливый вопрос начальник разведки выдал очень интересную информацию о сыне бывшего духовника Императриц.
Забавно, не обошлось без масонов или кто там стоит за этими клоунами. Тем временем глаза пленника привыкли к свету, и он начал соображать, куда попал. Обычный такой мужик из обслуги помещиков. Лет сорок, тёмные волосы, аккуратно подстриженная борода, только взгляд голубых глаз был далёк от обычной скотской покорности. Промелькнуло в нём, что-то такое нехорошее. Но мужичок быстро сориентировался и заголосил.
-Истинно так и есть.
Сёмка я, холоп самого Якова Фёдоровича, человека уважаемого, богобоязненного и щедрого на пожертвования. Отпустите меня, Ваше Высочество, ошибочка вышла. Не знаю, за что меня сюда приволокли, но нет на мне вины.
Мучают меня сомнения, что каждый слуга в столице знает, как я выгляжу. Промашка вышла у товарища и Волков это сразу понял. Он бросил взгляд на пришедшего с ним мещанина, тот засуетился и начал быстро разворачивать свёрток, который лежал рядом.
