БЕСсильный чемпион

Огненным хлыстом полосует спину, обрывки пиджака разлетаются горящими кусками. Не кричу, не оборачиваюсь – встречаю только атаки спереди. Выдержу их – и успех.

Изо всех сил борюсь с техникой. Уклон, «толчок», «толчок». Как бой с тенью, только эти тени светятся, их много и они жгутся.

Мерцающая пелена спадает. Я стою – в обрывках одежды, покрытый брызгами собственной крови.

Маклауд отступает передо мной, как при виде призрака. Так, я что-то хотел ему сказать. М-м-м… не припомню. А, точно!

– Тебя ничто и никто не спасет, потому что… семья… ты угрожа… – мое горло схватывает от гнева, мне хочется рычать, а не говорить.

Рвать зубами, а не объяснять. Мстить, а не щадить. Яка снова пробуждается, и у меня слишком мало сил и желания, чтоб еще и его загонять в сон. – ТЫ. УГРОЖАЛ. МОЕЙ. СЕМЬЕ.

Настигаю противника и обрушиваю «толчки». Реакция у уставшего Маклауда уже не та, пропускает все удары, броня сразу блекнет, но не тухнет совсем. Доспех Кмета это вам не картонка Воина. Защиту четвертого ранга и плазменная винтовка на раз не выбьет, и моих «толчков» надо не два и не три.

Но я зол, очень зол.

Говнюк позарился на жизнь моей семьи. Моя мама… что он говорил про мою маму?! Про сестренку?!

– Я не трогаю женщин, пацан, – Маклауд тяжело дышит, временами хватается за бок. – Гнал, чтобы ты пришел… Охххр…

Мой «толчок» пробивает его Лею. Родник гаснет, и Маклауд валится на колени. Хватаю головореза за волосы, задираю голову подбородком вверх.

– Так вот я здесь! – Оскал искажает мои губы, видимо, очень жуткий, раз лицо этого мясника дрожит.

 – ЧЕГО. НЕ. РАДУЕШЬСЯ?"

"Один удар, и человек, обещавший обидеть мою маму, рухнет на сожженный настил мертвым мешком. Достойная оплата за угрозы. За свои слова нужно отвечать не только благородным.

Со всех сторон щелкают взведенные курки.

– Отпусти Маклауда, гребаный демон!

Гляжу на трясущиеся пистолеты.

– На телку наведите, – хрипит Маклауд в моих руках. – На телку…

Автомат уже нацелен на Аллу. Выдержит ли ее доспех весь магазин – я не знаю. И не хочу узнавать.

Хватаю Яка за вожжи и загоняю под корку мозга. Псих-шторм тает, бандиты выдыхают дружным вздохом. Поднятое оружие уже не так сильно дрожит.

– Забирай девку и вали на хрен из моего додзе, – храбрится Маклауд.

Мой разум чист и ясен, никакой больше замутняющей ярости. Чего злиться? Меня всего лишь хотят взять за яйца. Всего лишь наводят оружие на небезразличную мне девушку. Со спокойным осознанием этого вздергиваю Маклауда выше и без размаху хреначу ему по губам.