БЕСсильный чемпион

И нам нужны столь же жестокие боги, чтобы пинали нас под ленивые жо… кхм… спины в смысле.

Ох, меня понесло. Едва не брякнул лишку. А так эффект удался – Лукино больше не лыбится, да и Сальдоре что-то затих.

– Вот оно как мыслит молодежь России, – задумчиво брякает сатанист.

Надеюсь, я ему не дал подсказку, как нагнуть раком всю империю. А то нехорошо получится.

– Браво! – хлопает в ладони София, благодушно улыбаясь мне. – Истинно русский дух и бесподобный патриотизм.

– Да уж, и честности вагон, – бурчит Кали, но итальянцы на нее не смотрят.

Похоже, они решили, что Оля не из нашего круга.

– Мы откланиваемся, блистательная София, – целует ей ручку старший макаронник. – Уж простите."

"– Сегодня ваш порох быстро иссяк, маркиз.

– Да уж так, perdonete[1].

Мы остаемся втроем, и я тут же отхожу от стервы к Кали:

– Прости!

– Не хочу тебя видеть, – отворачивается. – Вообще пойду домой.

И не идет никуда, топчется на месте. Хватаю девушку за руку, резко разворачиваю к себе.

– Твой я спутник, твой! И на вечер, и на всю жизнь – на эту и все другие.

– А тогда чего…

– Да, тупая тема, извини. Просто итальяшки мне важны.

– Вот иди к ним со своей…

– Важны как цели, которым нужно задать трепку! Все сложно, потом объясню. Но я не мог тратить время. Нужно было их услышать, понять, как думают эти долбанутые фанатики.

Она замирает, мнется, вроде и извинить готова, но у Кали тот еще строптивый характер – шило толще. Нужна встряска, и я тяну ее на балкон.

– Давай на свежий воздух.

Прижав ее к балюстраде, тихонько глажу по спине.

– Красиво смотритесь, – обжигает перепонки колкий голос Софии.

– Мы закончили на сегодня, – даже не оборачиваюсь.

– Но мне нужно рассказать тебе завлекательную историю. Возможно, вам обоим. Твоей спутнице будет интересно.

– Обойдемся…

– Пусть расскажет, – отстраняется от моей руки Кали, с недоверием глядя мне в глаза. – Пусть.

Перешагнув через порожек, София двигается дальше по сияющему мрамору балкона.

– Совсем недавно в совсем недалекой галактике жил-да-был великий герой.

Звали его в честь грозового божества… Перуном. – Выпучиваю глаза – охренеть, как много она высосала из моей головы. – Всю свою жизнь Перун сражался с ордами монстров. Всю свою сознательную жизнь он оберегал крупицы вымирающего человечества. Всю свою жизнь он убивал исчадия адского огня.

Как золотой коршун, шурша юбками, София наматывает круги вокруг нас с Кали. Будто ждет момента, чтобы накинуться.