Бессильный чемпион. Том 3

Вот, кстати, буклет, с правилами поведения учеников, — протягивает Алла цветной листок.

Кали читает буклет, пока девушки поднимаются по лестнице.

— Споры между учениками разрешено решать поединками? — находит Оля кое-что интересное.

— Отголосок старых традиций, — кивает Алла. — Но пока тебя не заманили на ринг и арену, это нарушение. За драки могут отчислить.

Какой-то парень, спускаясь, натыкается на Кали.

— Осторожнее! — Львиный рык девушки отбрасывает неуклюжего к перилам.

— Простите, барышня…

— Сам ты барышня! — еще громче рычит Кали, потирая ударенное плечо.

Округлив глаза, парень смотрит на нее, не понимая, что не так сказал.

— Ольга не из знатного сословия, Жень, — поясняет со вздохом Алла.

— Понятно, — мычит барон Аксюк, хотя явно ему ничего не понятно.

— Нам пора, — княжна проходит мимо. За ней и Оля.

Уже в коридоре девушка спрашивает:

— Твой бывший?

— С чего ты взяла?

— Такие вещи видно, — пожимает плечами Кали.

Она не стала говорить, что заметила, как княжна задержала на бароне взгляд, да еще как в ее антрацитовых глазах мелькнули странные искры.

Нет, не полыхнули огненным штормом как при Бесе, конечно, но всё же, всё же…

— Нет, он не в моем вкусе, — отмахивается Алла.

— Когда долго с кем-то встречаешься, не остается никаких вкусов, — хмыкает Кали. — Только желание убивать.

На эту житейскую мудрость Алла удивленно приподнимает брови.

— Кого?

— Врагов своего парня, кого ж еще, — удивляется Кали.

— А!"

"В классе Кали бросает рюкзак на стул парты у окна. Дверь распахивается, заходит группа девчонок, тех самых, что сидели с беловолосой княжной.

Только ее самой нет, зато пришла какая-то дылда не из их класса — сероглазая, как и одна из первокурсниц Серафима Брюнова. Видно, старшая сестра.

— Что-то здесь воняет, — машет рукой перед носом Серафима. — Менская, открой что ли окно.

— Думаешь, поможет? — с сомнением спрашивает блондинка из ее группы.

— Поможет, — кивает Серафима, — если Менская в него выпрыгнет.

Девичий звонкий хохот сотрясает класс.

Но Кали не краснеет, не бледнеет — с пофигистким лицом достает из шкафа в углу швабру. Подходит и вручает в руки сероглазой барышне.

— На, — вминает Кали деревянную ручку ей в дойки размером с арбузы. — Подотри желчь, что с тебя натекла — и вонять перестанет.

— Ты чего сказала, люмпенка?! — Серафима тут же замахивается шваброй. — Ты меня оскорбила!

— А сама-то — канализация вместо ротовой полости!

— Ах ты!

— Брейк! Успокоились! — вклинивается между ними Алла.