Бессильный чемпион. Том 3

Хотя я тоже хорош. Как дурачок Алладин, потер лампу джина и брякнул желание. Вторжения не случилось, но в противовес живе сформировалась мортидо, и уже по цепочке вылупились вымесы. Теперь вот разбирайся с ними.

Навстречу мне летит косяк диких уток. Делаю крутой вираж, сразу же планирующий полет, встревоженное кряканье остается позади."

"Непонятно также — почему я подросток. Время вспять я не приказывал отматывать. Либо сейчас то же время незадолго после сражения с Градгробом на Эразине, просто история человечества началась позже на шестнадцать лет.

Типа в момент сотворения Вселенной включилась новая образующая переменная — жива — и все последующие эпохи, все стадии развития сдвинулись на это количество лет. Соответственно и все человеческое летоисчисление младше на чуть меньше четверти столетия. То есть субъективно — по людскому исчислению — я попал в прошлое на шестнадцать лет назад, но объективно — относительно момента создания Вселенной — я в том же времени. А возможно — всё это туфта полная, и фрактал Грагроба на самом деле запендюрил меня на шестнадцать лет назад для исполнения моего желания — предотвратить вторжение Орды.

Приближаюсь к поместью. Лунный свет охватывает бледными пятнами белые стены особняка. В само поместье не лечу. Спускаюсь у кованых ворот, а то еще свои выстрелят. Охрана начеку и ждет незваных гостей.

Оглядываю поместье. Вроде тихо. Повсюду на территории особняка торчат стальные колпаки автоматических башен-турелей. Сразу у стены вокруг дома раскиданы радиомины, сейчас выключенные, можно хоть плясать на них.

Если система безопасности засечет лицо, отсутствующее в базе данных — мины включатся, и любой неверный шаг приведет к подрыву.

Георгий Бежен встречает меня за воротами. По дороге к главному дому седой граф быстро докладывает. Новых происшествий не зафиксировано, патрули утроены, подкрепление с Безлицкой-Чернышкой скоро прибудет.

Затем граф удаляется в служебный корпус, я же поднимаюсь к себе в спальню.

Вхожу без стука. Полумрак. София лежит на постели, свернувшись калачиком, спиной к двери. Широкий ворот ночнушки чуть сполз, обнажив плечо — бледное, точеное. Разбросанные по подушкам волосы пылают серебром.

Первым делом подхожу к окну. Замок-ручка закрыт. Следов взлома не видно. Чужих запахов не ощущаю.

От звука моих шагов София резко, рывком садится. Оглядывает меня встревоженно.

— Всё в порядке? — спрашиваю.

— Да, — шепчет она. — Иди ко мне.