Только искусственная чакра, перекаченная сила и зашитый алгоритм поведения, необходимый для доступа к ней. «Глаза Жамбы» не врут. Отказываясь следовать этому алгоритму, Салад получает откат по нервам. Вот и всё. Женушка рыцаря просто опустошила умирающего мужа до дна. И, видимо, в память о нем заложила его благородные принципы в артефакт.
Жива из шлема насыщает Салада, но не дает ему новых меридиан. Сам по себе он лишь Воин, поэтому только становится сильнее в несколько раз. Танк как Али и Вендиго.
А вообще нечего мужику мучаться головной болью.
Я протянул ладонь к Саладу, коснулся гладкой поверхности и послал в шлем слабый «толчок». Достаточный чтобы не задеть узлы «колодца» в артефакте, но щекотнуть начинку.
— Ой, — спецназовец удивленно закачал железной головой. — Резко отпустило. Ни разу такого не было.
Вот тут «зори» сразу обернулись.
— Что ты сделал, Перун? — спросила, насупившись, Аяно. Ох, как японке не нравятся мои сюрпризы.
— Всего лишь изгнал злого духа, — под мильфиновым шлемом я внаглую ухмылялся.
— Поговорил с ним на призрачных кулаках. Рыцарь проиграл. Мой фантомный хук справа оказался ему не по зубам.
— Ты победил Сида Кампеадора?! — опешил Салад. — Древнего правителя Валенсии? Грозу арабов?
Мой голос едва не срывался на смех, я держался из последних сил:
— Он отдал свою силу в твое полное распоряжение, Салад. Пользуйся с честью.
— Спасибо-спасибо! — чуть ли не упал к моим ногам здоровяк. — Перун, век не забуду!
Аяно не выдержала рукоплесканий в мою честь.
Японка резко встала, взмахнув катаной:
— Выдвигаемся, твари прошли.
Сейчас мы поднимаемся по холму в ханский дворец. Бахают позади мины, слышится ор раненых людей.
— Там же точка «Буки»! — оглядывается Ясна. — Точка нашего маршрута!
— Другие отряды попали в ловушку, заготовленную для нас, — кивает Аяно. Лицо японки невозмутимое и мрачное.
— Кто же эта мразь?! — шипит Бестия. — Только дайте мне его поцеловать!
— Далеко не для всех твои поцелуи смертельны, — Аяно смотрит на меня.
— Крыса может оказаться из таких.
Нам в спину бьют крики, взрывы, радостное рычание тварей. Но мы идем вперед — к нашей цели. Как это знакомо! В моих ушах гремят стоны павших у подножия Эразина товарищей."
"У обитых железом и золотом ворот дворца образовали ряд дзотов из мешков с песком. Неожиданно, но гарнизон не обстреливает нас из укрытий. В полном составе стража хана выстраивается перед дворцом — в парадных мундирах и красных башлыках-шапках.
