БЕСсильный чемпион. Том 7

Второй вариант еще радужней. Это вариант отчаяния. Мы занимаем опорный пункт, держим круговую оборону и дорого продаем жизни. Заставляем врага убивать нас долго и с большими потерями. Безумно заманчиво, но, пожалуй, нет.

Я бросаю взгляд на север. Вдалеке вижу скошенную траву у бетонного забора. Склад с реликвией совсем близко.

Значит, третий вариант — пробиться к мечу. Если выну железку из камня, кельты будто бы поумерят пыл. Гарантий нет, но, авось, нагрянет моральный слом. Хорошо, беру. Достаньте с полки и заверните.

Только надо туда прорываться не по воздуху. А то все кельты ломанутся следом за мной, и буду я не меч вынимать, а рубить пушечное мясо. Скрытно надо, да хоть по тому же ущелью.

Когда возвращаюсь обратно на дорогу, «зори» стоят едва ли не по колено в крови. Оглядываю их усталые лица.

— Али, Бестия — со мной, — решаю. — Остальные, всё так же защищайте артиллерию, — делаю паузу. — Аяно, береги моих невест.

— Уберегу, — Аяно бьет себя в грудь рукоятью меча.

 — Пускай даже ценой своей жизни…

Она замолкает, увидев выражение моего лица. Я специально убрал с него полисплав.

— Бросай это, — сурово говорю. — Ты мне важна не меньше. И ты тоже, рыжая, — тычу я железным пальцем в Ясну. — Не убережете себя, найду на том свете и отобью жопы ремнем.

— Он может, — тихо замечает Белоснежка, почесав «мохнаткой» стальную попу.

— Поняли, — кивает Ясна, улыбнувшись.

— Да, — лицо у Аяно довольное.

Мы с Крокодилом и Бестией отступаем в гущу леса.

Почти сразу напарываемся на отряд кельтов.

— Аднака, на, — Али хватает одного за ногу и бросает беднягу в валлийцев, сбивая с ног сразу троих.

Бестия сверху набрасывает гранитных плит. Ну, а я кислотными плетьми опутываю, чтоб уже не выбрались из-под камней. Получается братская могила. Двигаемся дальше, уже потише, не хочется весь лес завалить телами.

Обходим буреломы, перепрыгиваем узкие овраги, поскальзываясь на мокрых после дождя хвойных коврах. Деревья постепенно редеют, и мы выбираемся к обрыву над большим ущельем.

Внизу бурлит полноводная река, каменистое дно изъедено водой. Помню, что справа, за резким изгибом ущелья, кельты на броневиках выбираются на поверхность — там, где склон делается более пологим. Здесь их еще не видно, спуститься-то сможем незамеченными, а дальше нужно думать.

Быстро и бесшумно сигаем вниз и оказываемся на берегу.

— Оттуда слышен гул мотора, — прислушавшись, Бестия указывает за изгиб ущелья.