БЕСсильный чемпион. Том 7

Да, Сафр это нечто. В свое время повозился я с этим драконом. Огнеметная система «Солнцепек» отдыхает.

Залп противника задохнулся минут как пять назад, а я все еще изрыгаю огонь. Просто наслаждаюсь вернувшейся мощью. Больше нет Эмулятора, который вечно ломается, словно бюджетный компьютер. Нет фрактального поводка. Нет ограничений. Только чистая сила. Моя сила.

Небо превращается в Огненную геенну. Мои зрачки расширяются, подтачиваясь под зрительный фрактал. Взглядом дальнозоркого Орлана я вижу, как обе стороны прекратили сражение.

Глаза их устремлены на ад в небе. Многие бросились на землю, боясь, что огонь рухнет им на головы, вот уже красные языки лижут верхушки самых высоких сосен, и те вспыхивают как сухостой.

Я вскидываю громадный меч. Клинок светится ослепительным золотым светом. Брызжут темные молнии. За моей спиной раскрывается огромный оскал медведя. Тамга Короля Медвежути. Напрягаю слух Китауса и слышу тысячи вздохов удивления:

— Знак Древнего Короля!

— Былины ожили?!

— Мне няня рассказывала в детстве, что он вернется, а я не верил!

А потом все — тысячи этих людей под горящим небом — затихают, ибо я начинаю говорить…

* * *Ясна вытирает грязным рукавом кровь с лица.

Ее глаза слезятся от яркого пожара, но она не отворачивается. Не горбится пугливо, как роты дружинников вокруг. Как и поляницы, как и Аяно, девушка тянется всем существом, всем гибким телом вверх — к крылатому мужчине с золотым мечом.

Перун висит в воздухе высоко над лесом, ясно видимый и блистающий в отблесках огней.

Огромная медвежья пасть темнеет за ним, будто голова огромного прирученного чудовища типа Годзиллы.

Когда Перун говорит, голос его каким-то образом делится между всеми душами так, что каждый из солдат слышит его, словно приятеля рядом.

— Я вынул меч из камня…

Золотой взмах расчерчивает горящие облака.

— Я оживил ваше предание…

Люди приоткрывают рты. Ясна сжимает левую грудь. Странное чувство…Перун бросает им слова с высоты, в то же время он смотрит на каждого из разбитых зеркал броневиков, из осколков окон на взорванном асфальте, из начищенных до блеска вороненных стволов гаубиц.

Будто Перун стоит сзади и нужно только обернуться, и ты встретишься с ним лицом к лицу, искупаешься в лучах его взгляда. Отражения Перуна сверкают даже в багровых глазах поляниц.

— Я стал частью вашей Саги, стал главой истории Уэльса только ради того, чтобы вы наконец прекратили тупить.

Ясна улыбается простоте его обращения. Перун в своем репертуаре.