Я поднырнул под его руку, уворачиваясь от медвежьих объятий, потом как следует приложился локтем ему в затылок. Альтенбургский младший сделал ещё пару шагов и рухнул на асфальт. Подельники сына герцога под натиском моих друзей решили ретироваться, прихватив с собой подружек. Маркиз лежал на парковке неподвижно в полном одиночестве, без группы поддержки. Ещё не хватало, чтобы он кони двинул. Да, Эдик, хреновые у тебя друзья.
Я подошёл к нему, взял за плечо и не без труда перевернул откормленную тушку лицом вверх.
Кабанчик оказался живее всех живых, даже рожу не расцарапал, что удивило меня больше всего. Только вот его дееспособность была на данный момент под большим вопросом.
— Кать, добеги до вахтёра, пусть обеспечит эвакуацию бренного тела до места назначения.
— Он в порядке? — поинтересовалась она.
— В полном. Если не считать того, что зелёный змий его наконец победил.
— Я тогда пока его птичку по-нормальному припаркую, — сказал Андрей и сел за руль.
Когда за пьяным маркизом прибежали, мы отправились в общагу по своим комнатам. Ох не нравится мне это всё.
Поднимаясь по ступенькам на третий этаж, я прокручивал в голове, что говорить жандармам, если дело всё-таки примет оборот. Жирдяй может и не вспомнить что произошло сегодня вечером, а вот трое его спутников были потрезвее и вполне могли нас запомнить, но это не точно.
— Андрюх, перепаркуй нашу ласточку куда-нибудь в другое место.
— На хрена?
— Чтобы эти козлы номера не срисовали, вдруг вернутся.
— Понял, хорошо. Может вместе сходим?
Как бы мне не было влом, я вышел вместе с ним на улицу. Маркиза уже утащили, его подельников видно не было. Мы сели в «Волгу» и вырулили со двора института. Улицы уже опустели, несколько машин и торопящихся домой прохожих. Заехали в небольшую улочку за соседним кварталом, на которой чудом осталось одно паркоместо, куда даже мастеру экстремального вождения Андрею пришлось потрудиться, чтобы втиснуть нашу красотулю и никого не зацепить.
Назад в общагу возвращались другим путем, выбирая самые темные и безлюдные переулки. Шли неторопливо и вальяжно, словно прогуливались перед сном. Когда входили на территорию института через боковую калитку, увидел странного типа, который стоял на другой стороне переулка. Разглядеть его было невозможно, он спрятался от света фонаря в тени небольшого деревца и можно было различить лишь силуэт.
