Ратмир, придерживая меня рукой под ягодицы, что-то достает оттуда. Пальцы ног поджимаются. Я догадываюсь, что это презервативы.
Когда лопатки опускаются на матрас, а Авдеев нависает надо мной, снимая через голову футболку и показывая кровоподтёки на теле, я до последнего не могу поверить в то, что это происходит наяву.
Мы. С ним. Вместе. Сегодня.
— Раздевайся, — жарко командует. — Всё снимай, Даш.
Послушно кивнув, расстёгиваю боковую молнию платья и избавляюсь от него. Упав на постель, приподнимаю бёдра и стаскиваю напрочь влажные стринги.
Свожу вместе колени. Наблюдаю за тем, как Мир оттягивает вниз шорты и высвобождает стоящий колом член.
В груди бахает. В организме плещется смесь паники и счастья.
— Только давай договоримся на берегу, — произносит Ратмир, умело раскатывая латекс по всей немаленькой длине. — Никаких иллюзий на мой счёт питать не стоит. Просто секс. Без чувств. Без отношений. Мне это не нужно. В этом плане, наверное, Егор тебе больше подходит.
Его пальцы накрывают лобок и трогают меня между ног.
Толкаются грубо, быстро. Распределяют смазку между половых губ и ласкают клитор. Сложно сказать хотя бы слово в противовес, потому что мозг выключается от удовольствия. Я киваю и соглашаюсь.
Мир распластывает меня на кровати и ложится сверху. Горячий и крепкий. Я льну к нему. Ищу защиты и спокойствия.
На виске отчётливо бьётся венка. Взгляд затянут поволокой, губы сухие и воспалённые, но единственное, о чем я думаю, — вау, он целовал меня ими между ног.
— Захотела сравнить — окей, давай попробуем.
Ничего не успев сказать, я чувствую, как в промежность упирается головка. Всё происходит, как и в первый раз. Я достаточно влажная. Мне хорошо. Никаких противоречий и сомнений нет.
Ратмир хочет меня. И берёт. Это факт сводит с ума.
Я обнимаю ногами мужские бёдра и выгибаюсь дугой. Между половых губ течёт смазка. Ратмир прикрывает глаза от наслаждения и проводит членом вверх и вниз, усиливая ощущения.
— Погнали?
Утыкается носом в мою шею, прикусывает губами кожу.
Чувствую, что дрожит. Дышит сбито и хаотично. Я в восторге. Хочу, чтобы ему со мной понравилось. Я больше не запуганная целка. Раскованная. Поощряю, раскрываюсь. Глажу лопатки и шею, постанывая от нетерпения и ёрзая задницей по простыни.
Мир прижимает меня к себе, укутывая запахом и теплом. Сердце вылетает, в горле сохнет. В следующее мгновение низ живота простреливает настолько острой болью, будто стрелой. И я даже двинуться не могу.
Глаза в ужасе распахиваются.
