Без права на развод

Ему не нравился мой водитель, которого он уволил, ему не нравилось, как я с улыбкой поблагодарила охранника за то, что тот открыл мне дверь, или посмеялась над шуткой продавца в магазине. Поведение мужа выглядело абсурдно, особенно если учесть, насколько безумно я любила мужа и в тот момент носила под сердцем нашего ребенка. Я обижалась, нервничала и плакала, потом мы разговаривали, Артур извинялся, успокаивая меня.

Последний месяц беременности я провела словно на качелях, и раскачивала их моя свекровь.

Мы вели холодную войну. Она не вступала со мной в открытые споры, а лицемерила и делала все исподтишка. Если Артур хвалил мою еду, то ей она, естественно, не нравилась, да и готовила я, по ее мнению, отвратительно. Со слов Регины Альбертовны, питалась я неправильно и, поедая такую еду, намеренно вредила ребенку. Я все делала не так! Не так ходила, не так сидела, не так разговаривала, не так одевалась и пользовалась не той косметикой.

За последние пару месяцев мне удалось много о себе узнать.

Например, то, что я безграмотная, глупая и ленивая. А моя сестра — хамка и хабалка только потому, что отвечала свекрови тем же, язвила и не позволяла себя унижать. Моя любимая собака теперь не могла заходить домой, а Светлану Михайловну свекровь несколько раз пыталась уволить."

"Выставляя меня истеричкой и обманщицей, свекровь все делала грамотно, так, чтобы Артур ничего не заподозрил. Иной раз я чувствовала себя сумасшедшей и в слезах просила Артура переехать в городскую квартиру, да куда угодно, лишь бы подальше от этой женщины! Но Артур не понимал, в чем дело, он верил мне и ходил разговаривать с матерью, а она переворачивала случившееся так, что в итоге все списывалось на мою беременность и гормоны.

Складывалось впечатление, что Регина Альбертовна хотела избавиться от меня и отчаянно боролась за внимание Артура, манипулируя несуществующей болезнью. Она изображала больную и немощную, хотя Светлана Михайловна говорила, что не раз ловила ее за распитием вина или ликера. И каждый день свекровь пыталась доказать, что знает своего сына лучше меня, словно между нами проходило некое соревнование.

— Артур пьет кофе без сахара! — утверждала она, когда я готовила завтрак, чтобы поесть с мужем в комнате, без присутствия «мамы».

— Сколько я его знаю, он все время кладет кусочек сахара, — пытаюсь быть сдержанной и так же фальшиво улыбаться, чтобы меня вновь не сочли истеричкой.