Без права на развод

Но я рассматриваю идеальную ухоженную девушку и почему-то думаю о том, что у меня ещё висит живот после родов, слишком тяжёлая, налитая молоком грудь и раздавшиеся бедра.

— Здравствуй, Валерия, рада тебя видеть, — фальшиво улыбаясь, здоровается Диана и осматривает меня, ухмыляясь. А у меня мятое платье и сонное лицо.

— Что вы здесь делаете? — хочется выставить ее.

— Диана мой гость, мы давно дружим, — сообщает мне свекровь.

— Это правда, Валерия. Присядь с нами, выпей чаю, — словно подруга предлагает мне Диана.

А мне почему-то хочется заплакать, и начинает трясти от злости. Ведь Регина Альбертовна специально это сделала! Я вижу по ее довольному лицу.

— Нет, мне некогда сидеть! — резко заявляю я и сбегаю на кухню под хохот Дианы. Становится горько от того, что я не чувствую себя комфортно в доме, где живу. Зачем… зачем свекровь это все делает?! Зачем продолжает портить мне жизнь?!

Целый день у меня не выходит из головы образ Дианы. Ее красота и идеальность. Рассматриваю себя в зеркало и понимаю, что выгляжу измученной, уставшей и толстой.

Я не Диана, у меня ребенок, и мое тело ещё не пришло в форму. Я не поведусь на провокации! Повторяю себе как мантру, но от плохого настроения это не спасает.

Артур снова не приехал на ужин, и я кушаю в своей комнате, не желая сталкиваться со свекровью. Но женщине неймется, и она приходит ко мне.

— Разве можно есть в спальне?! — возмущается она и заглядывает в люльку к Дане. Я не отвечаю, а она не ждёт ответа, начиная разговаривать с ребенком.

— Мать у тебя ничего не понимает. Да, моя девочка? Да, моя копия Артура? Вся в папу, гены потому что сильные. — Закатываю глаза, пока свекровь не видит, и допиваю чай со сливками. — И долго ты собираешься держать ребенка в вашей спальне?

— В смысле?

— У ребенка есть своя комната, и девочка должна к ней привыкнуть.

— Мне так неудобно.

— А ты всегда думаешь только о себе? Артур работает целый день и ночами ему нужно нормально спать, а с ребенком это невозможно! — предъявляет она.

— Это и его дочь тоже. А ночью он мне помогает.

— Ты-то днём выспишься, а Артур — нет!

Вздыхаю, стараясь не выходить из себя. Собираю посуду и оглядываюсь на дочь. Мне нужно унести поднос и взять на кухне бутылочку с водой для Даны, но я не хочу оставлять ребенка с этой женщиной. Беру с собой радионяню и быстро спускаюсь вниз. Уже на кухне слышу, что Дана плачет, хватаю бутылочку и бегу назад. Дочь плачет громче, заливаясь, а свекровь молчит.