Без права на развод (СИ)

— Алимбаев!

— О, вот и мама проснулась, — усмехаюсь моим девочкам, укладываю Лису в кроватку. — Последишь за ней, Кирусь?

— Конечно!

Малышка с важным видом начинает следить за сестрой. А я отправляюсь в спальню.

Моя фурия сейчас немного меня убьёт.

— Я опаздываю! — пыхтит, натягивая колготки. — Мы опаздываем. Блин, почему ты меня не разбудил?

— Потому что ты всю ночь мучилась с режущимся зубиком. Пару часов сна не помешают.

— Ага! Мы опоздаем и…

— Не опоздаем. Тише.

Перехватываю эту юлу, притягиваю к себе. Поправляю платье, одёргиваю его вниз.

Юля — мой дикий вихрь.

— Всё успеваем, Юльчонок, — обхватываю её лицо. Целую. — Няня скоро будет. Такси приедет ровно в семь. У тебя час, чтобы собраться.

— Часа мало! Ни укладки, ни макияжа нормального не сделать.

— И ни то ни другое тебе не нужно. Ты прекрасно выглядишь. Всегда.

— Ты — льстец. Не забывай, что другие гости не влюблены в меня.

— Вот и нечего их влюблять.

Юля расслабляется, толкает меня в бок. А после сама целует, тратя пять драгоценных минут на то, чтобы позажиматься.

Из-за пробок мы опаздываем минут на двадцать, но это не критично. Юля прижимается ко мне на заднем диване такси, выводит узоры на моей ладони.

Ведёт по коже, а щекочет под рёбрами.

— Что ты так смотришь? — вздёргивает бровь, хмыкает. — Причёска растрепалась?

— Нет. Просто ты у меня самая красивая. Любуюсь.

— Пытаешься подцепить меня, Алимбаев?

— Так вроде уже?

Покручиваю кольцо на её пальце, ловлю улыбку.

Не дурак тот, кто сказал, что любить — это хотеть касаться.

Не могу с этим ничего поделать.

Словно боюсь, что если отпущу, то выскользнёт из моих рук, исчезнет. Однажды я уже потерял Юлю, пусть всего на несколько месяцев.

Но этого хватило, чтобы я понял.

Больше никогда.

Ни за что.

Без неё — не хочу.

Ни сейчас. Ни через год.

Ни через двадцать лет.

С этой девушкой я планирую всю жизнь прожить.

И этот план я выполняю.

— Тише, бабушка спит.

А Юля прям бледнеет на глазах. Не спала она, просто подставила лицо под солнечные лучи.

Открывает глаза, прожигает взглядом Киру.

Офигеть.

Всё ещё к этому привыкнуть не могу.

Только мелкой была, а уже со своим носится. Всё такая же активная. И Димочка, тот противный малолетка с зелёнкой на лице, её мужем стал.

Но Кира рано выскочила замуж. В девятнадцать выскочила замуж, в двадцать — родила сына.

Сделала нас молодыми стариками.

— Ты чего смеёшься? — Юля супится, смотря на меня. — Дедушка, блин.

Морщусь. Да-м.