Без тормозов (СИ)

  И снова тот же вопрос: за что? Чем он мне насолил, что я твердо уверена – Полонский не может быть мне другом.

- Ты лишила меня последних сил, - негромко прохрипел Герман, не двигаясь с места.

- Я старалась, - улыбнулась, так как его откровения мне тоже нравились.

  И я бы продлила этот момент, если бы не мобильный Полонского. Черт, ну что ж они все звонят-то так не вовремя?!

- Нам надо ехать, - Герман оторвался от моего плеча, поднимая голову и заглядывая мне в глаза. – Ты со мной?

- Только пообещай, что не будешь его пытать.

- Как получится, - мужчина проворчал, перекатываясь на спину, а после и спрыгнул с кровати.

  Поднял штаны с пола, достал из кармана телефон и принял вызов.

“Я не выдержу!” – мысленно подумала и закрыла глаза, слыша недовольный голос Германа:

- Да! – пауза, а после и громкий рев: - Что?! Вы там сбрендили совсем? Твою мать, ничего доверить нельзя, - фыркнул, а я открыла глаза, наблюдая, как мужчина одевается, стоя ко мне спиной.

- Что случилось? – приподнялась, глядя вслед уходящему Герману.

- У тебя десять минут, - бросил напоследок и уже на пороге добавил: - Жду внизу.

- Вот и поговорили, - я снова плюхнулась головой на подушку и закрыла глаза.

  Ехать никуда не хотелось, но я себя пересилила. Сползла с кровати, быстро обмылась в душе, оделась и вышла в коридор. Лестница, двадцать две ступеньки – и передо мной возник Герман с чашкой кофе в руке.

- Будешь? – протянул руку вперед, но я отрицательно замотала головой. – Давай на улицу, я догоню.

  Мазнул по мне взглядом и скрылся в столовой.

Черт, что же случилось? Он так резко изменился, что я даже не представляю, как вести себя. Из страстного и местами даже нежного любовника вмиг превратился в дикого зверя, наводящего страх и ужас на окружающих.

  Неужели я для него ничего не значу? Хотя с чего бы ему меня любить? Мы чужие. Слишком разные. И никогда не станем близкими.

  Он любит ту, другую. Не меня. Хотя в последние дни он изменился – больше не пытается меня проверить на вшивость или поймать на лжи.

Да и что я могу соврать? Все как на ладони. Чиста, как младенец – может хоть сто раз проверять.

  Только вот какой-то странный червячок внутри засел, выедая мой мозг по чайной ложечке.

  Этот дом. Спальня, где висит мой портрет. А главное, тату на теле Германа. С датой рождения Алены.

“Двадцать шестое июня!” – тут же внутренний голос напомнил, а сердце почему-то заколотилось сильнее.

  Я закрыла глаза, так как в голове яркие картинки сменяли одна другую.