Без тормозов (СИ)

– Насчет транжиры, - поясняю, делаю шаг вперед, как вокруг талии обвивается мужская рука, заставляя меня остановиться.

- Вообще-то, - Герман копирует мой акцент, но не делает ничего, чтобы приблизиться еще сильнее, - я не обращаю на чужие предрассудки внимания.

- Я заметила, - киваю и направляюсь в комнату, чувствуя, как рука плавно скользит по талии.

  Легкий флирт заводит – настроение-то и у меня хорошее. Из зеркала на меня смотрела красивая женщина. Главное, уверенная в себе, чего мне так не хватает. Но именно сейчас поддержка Германа вселяет эту самую уверенность.

  Я беру первое попавшееся черное платье в пол, которое лежит сверху, как слышу у себя за спиной:

- Я застегну, - пауза. - Надевай!

  И я подчиняюсь, ни разу не возразив. Собачка медленно соединяет два конца змейки, а мужские пальцы едва касаются кожи. Правда, замирают на голых плечах, а дыхание Германа касается моей шеи.

- Хочешь остаться? – интересуюсь, хотя прекрасно знаю ответ на этот вопрос.

- Хочу послать всех нахрен, - Полонский фыркает, а его губы дотрагиваются до моей кожи.

- Пообещай, - сейчас, мне кажется, самое подходящее время для откровения, так как последствия могут быть самыми плачевными. Герман замирает, а я медленно поворачиваюсь к нему лицом. – На банкете, - намерено делаю паузу, задерживая дыхание, – не оставляй меня одну…

  Герман был спокоен. Впервые, кстати, за последние несколько лет хорошее настроение не покидало мужчину целый день. Ни странные звонки, ни упреки брата не трогали и не выводили из себя.

  Особенно когда входил в ресторан под руку с шикарной женщиной, ловя на себе завистливые взгляды мужчин и злобные выпады представительниц прекрасного пола. Одни завидовали, что Снежана принадлежит ему, а другие злились, что не они сейчас идут под руку с Полонским.

“Надо почаще выводить ее в люди!” – Герман мысленно усмехнулся, здороваясь кивком со знакомыми, а также пожимая руки тем, чьи связи считал важными.

  Мужчине льстило, что Снежана рядом – и нифига они с Аленой не похожи. Прошлое похоронено, а эта роскошная женщина уже владела всеми помыслами Полоза. Это не просто одержимость – это нечто большее, чему пока Герман не мог найти объяснения.

- Рад, братишка, тебя видеть, - Макс расплылся в улыбке, обнимаясь со старшим братом. – До последнего думал, что забьешь.

- Я тоже так думал, - Полонский покосился на Снежану, вспоминая сцену в спальне.