Без тормозов (СИ)

И в какую передрягу попала по своей же глупости.

  А чего, спрашивается, врать? Тем более помощь мне точно не помешает.

  Если вдруг Герман решит черту переступить.

  Как же любят мужчины жизнь нам усложнять. Еще и на рифму нарываются, так и тянется палец гадость какую-то написать в ответ!

“Сам же знаешь, где я и куда попала!”

  И тут же прилетело в ответ:

“Пока сама справляюсь!”

“Звони в любое время!”

- Обязательно позвоню, - съерничала и удалила всю переписку от греха подальше.

  Слезла с кровати, сбегала в ванную (благо, бежать недалеко), как желудок протяжным урчанием напомнил о себе.

- Надеюсь, этот монстр уже спит, - шептала, аккуратно открывая дверь и высовывая голову в щель.

  Пусто. Никого. И тишина, которая так и давит на оголенные нервы. Полумрак, но мне больше и не надо – тихонечко вышла и чуть ли не на цыпочках, чтобы не слышал никто, направилась к лестнице.

  И черт меня дернул голову направо повернуть. Вот какого, спрашивается, хрена, я лезу не в свое дело? Чужой дом, странный и пугающий мужчина, еще и дверь в крайнюю комнату приоткрыта.

  А оттуда свет пробивается. Неяркий, но как будто манит заглянуть.

“Не ходи!” – кричит родимая интуиция, но кто ж ее слушать-то будет.

  Шаг, второй, третий…

“Я только посмотрю!” – мысленно отвечаю, так как тянет меня в эту комнату, хоть стреляй.

  Рука дотрагивается до ручки, я толкаю дверь и делаю шаг. Затем еще один.

  Да так и замираю на месте, глядя на противоположную стену.

  Я! То есть не я, но все-таки я! Мои глаза, правда, голубого цвета, смотрят прямо на меня. Пристально. Как будто вызов бросают.

  Мой портрет. Точнее, не мой, но вся равно на нем я! Художник точно передал и эмоции, и внешность – тут даже сомнений нет, как мы похожи.

- Любуешься? – я слышу сзади и дергаюсь. Как от удара током. Хочу повернуться, но мужская рука хватает за голову, а пальцы зажимаю рот. – Не шевелись!

  И страх медленными шагами пробирается под кожу…

    Хищник.

- Гер… - я все-таки еще разочек пытаюсь повернуться. Вырваться. Сбежать.

  Но мужские пальцы сильнее впиваются в кожу. А хриплый голос шепчет на ухо:

- Не шевелись, я сказал! – пауза, я даже слышу, как бьется его сердце, эхом отдаваясь в моих висках. – Для твоей же безопасности, - добавляет Герман, удерживая меня в своем захвате.