– Если только ты не хочешь остаться здесь на ночь?
Я не хочу, чтобы папочка и Хелен видели меня такой, и я не хочу чувствовать вину, которую испытываю всякий раз, когда смотрю на них и понимаю, что подвожу их. Кроме того, я не в настроении объяснять мокрую одежду и синяки.
– Я хочу остаться здесь на ночь, – шепчу я.
Его глаза немного расширяются.
– Я просто выбросил эту фразу, но ничего себе, это сработало.
– Всё же сними свою одежду. Ты простудишься.
– Просто признайся, что хочешь увидеть меня голым.
Он расстёгивает рубашку, а затем брюки, бросая их среди мокрой одежды на заднее сиденье.
Вода образует блеск на гладких выпуклостях его пресса и бёдер. Его темно-синие боксерские трусы туго обтягивают его полутвёрдый член.
– Это неправда. – Я прочищаю горло, притворяясь, что не пялюсь на его полуобнажённость. – Так что же мы будем делать?
– Что ты хочешь сделать?
Я думаю об этом, и меня осеняет идея.
– Почитай мне.
– Почитай тебе?
– Ты всегда читал спокойно, даже когда был ребёнком.
Мне было интересно, как бы это было, если бы ты читал вслух.
Или, скорее, я фантазировала о том, как он читает мне вслух.
– Что ты хочешь, чтобы я прочитал? – Он лезет в свой бардачок. – У меня здесь есть несколько книг.
– Нет. Не одна из твоих скучных книг по философии.
Он приподнимает бровь.
– Скучных, да?
– Да, ну, ты можешь прочитать мне их, когда я захочу спать. – Я лезу в сумку, достаю телефон и открываю приложение Kindle. – Прочти мне этот роман.
– Я не читаю из электронных книг.
Он смотрит на мой телефон с отвращением, как будто не хочет прикасаться к нему даже длинной палкой.
– Перестань быть снобом в мягкой обложке. Кроме того, в приложении Kindle все ваши книги собраны в одном месте. Тебе не нужно таскать с собой несколько тонн всякий раз, когда ты хочешь куда-то пойти.
– Я не ношу с собой тонны. Я беру только те, которые хочу прочитать.
– Давай, попробуй.
– Я сделал это, и ответ - нет.
– Только на этот раз.
– Все еще нет.
Ухмыляясь, я использую против него его собственную тактику.
– Ты трус, Коул?
Он прищуривается, глядя на меня, но выхватывает телефон у меня из пальцев. Как только он видит текст, его снобистское выражение исчезает, уступая место ухмылке.
– Что у нас здесь есть? Эротика?
– Нет, эротический роман. В этом есть разница.
Ладно, ладно, может быть, я переборщила с этим, но я хотела увидеть выражение его лица.
– Это сексуальная сцена, Бабочка.
– Итак?
Он приподнимает бровь.
