Я читал книги о девиантном поведении и мыслях. Дело в том, что эти теории на самом деле не применимы ко мне.
Я никогда не смотрел на котёнка или щенка и не решал, что хочу причинить ему боль или испытываю такое желание. Во всяком случае, я думаю, что люди, у которых есть такие мысли, трусы. Они хотят нанести больший ущерб, но они цепляются за существ, намного более слабых, чем они сами, которые ничего не могут сделать, чтобы остановить их. Эти люди жалки, и я никогда не буду принадлежать к той же категории, что и они.
Это практически не оставляет мне выбора относительно того, куда меня следует поместить. Есть ли у меня антисоциальное поведение? Хочу ли я причинять людям боль?
Ответ на последний вопрос - нет. Я не беспокоюсь о людях настолько, чтобы хотеть причинить им боль.
Кроме того, я люблю свою маму. По-своему. Она - причина, по которой я все ещё верю, что для меня может быть что-то ещё.
Однако хаос все ещё остаётся одной из моих тайных наклонностей.
Всякий раз, когда я нахожу возможность вернуть его в мир, я это делаю.
Поскольку мы играем в футбол, я обычно получаю этот шанс, провоцируя небольшую драку здесь, соперничество там. Это привносит изюминку в скучную жизнь других игроков, так что они должны поблагодарить меня за это.
Если хаос - это единственное, что имеет смысл, то кем это делает меня?
Хаотичным?
Я так не думаю. Мне нравится наблюдать за хаосом издалека, но мне не нравится быть в его центре.
В моей жизни царит нежелательный хаос — тот тип, который я, похоже, не могу контролировать, как бы я ни старался.
Как эта грёбаная сцена передо мной.
Мы в Meet Up, смотрим футбольный матч между «Арсеналом» и «Тоттенхэмом». Все здесь болеют за первое. Я тоже так делаю, но только для того, чтобы все думали, что мне на самом деле не похуй. Я не думаю.
Ронан и Ксандер создают шум, пинаются и кричат, как будто это они играют. Капитан, Леви Кинг, шикнул на них, чтобы он мог слышать комментатора.
В отличие от своего двоюродного брата, нынешний капитан «Элит» — футбольной команды Королевской Элитной Школы — более открыт, но все ещё помешан на контроле, как и все в семье Кинга.
Они могли бы использовать личный психоанализ самого Фрейда— то есть, если бы он был ещё жив.
Эйден сидит напротив меня рядом с Сильвер, когда он кладёт руку ей на плечо. Они продолжают что-то шептать друг другу, прежде чем она сдержанно смеётся, а он озорно ухмыляется, как ублюдок, которым он и является.
Ей насрать на футбол. Вообще.
