Как раз в тот момент, когда он вышел на главную дорогу Божественного Воина, к нему подошел отряд королевских гвардейцев в полном вооружении, с острым оружием в руках,которые сопровождали группу задержанных, неопрятных мужчин с кандалами на руках и шеях. По обеим сторонам дороги толпились горожане с лицами переполненными яростью. Фэн Синь напряженно сжал свой черный лук, готовый к любым неожиданным беспорядкам,Се Лянь же закричал:
-Фэн Синь! Кто эти задержанные? Какое преступление они совершили? Куда они их везут?
Услышав его голос, Фэн Синь зашагал к принцу:
-Ваше Высочество! Они все жители Юнаня.
Их было больше десяти, все высокие и худые, с темной кожей. За солдатами следовали несколько стариков, несколько встревоженных женщин и детей.
- Те, что следуют за ними, тоже?- спросил Се Лянь.
- Они все .- ответил Му Цин."
"Оказывается, в последние несколько месяцев в разгар засухи в Юнане многие жители бежали на восток. Когда их было всего человек десять, это было не заметно, но поток становился бесконечным и к настоящему времени их стало больше пятисот человек.
Когда в столице собралось пятьсот человек, это стало настоящим зрелищем.Люди из Юнаня были чужими в этой стране, у них не было ничего общего с именами граждан Сянь Лэ, и в тот момент, когда они открывали рот, их выдавал диалект, поэтому,прибыв в странный, шумный город,беженцы конечно же собрались вместе. Таким образом, они осмотрели всю королевскую столицу и, наконец, нашли необитаемое зеленое поле.
Обрадовавшись, они построили сараи и хижины в качестве временных убежищ.К сожалению, хотя это зеленое поле было необитаемым, для жителей королевской столицы оно служило местом для отдыха.Народ Сянь Лэ по природе своей был снисходителен и миролюбив, поэтому жители королевской столицы вели такой образ жизни. На свободе многие гуляли, танцевали, упражнялись в искусстве владения мечом, пели стихи, рисовали и собирались на зеленом поле.
Что касается Юнаня, находившегося к западу от Сянь Лэ, то он страдал от нищеты и всегда был беден, поэтому нрав и культура этих граждан были совершенно противоположны по сравнению со столицей. Таким образом, жители королевской столицы часто считали себя чистокровными гражданами Сянь Лэ. И теперь, когда их страна элегантности и утонченности наводнилась большим количеством беженцев, готовящих травы, плачущих, стирающих белье, разжигающих костры.
