Если бы указ короля выказывал снисходительность к народу Юнаня, разве это не было бы пощечиной его собственному народу? Когда, наконец, было принято решение распределить некоторые дорожные расходы среди беженцев Юнаня из королевской казны, вероятно, также нашлось большое количество жителей, которые были недовольны этим решением. Но что страшнее недовольства врага, так это недовольство собственного народа. Хотя формально все являлись жителями Сянь Лэ, но сейчас, вероятно, было очень мало тех, кто так думал.
Се Лянь находился на небесах и давно не знал о делах мира людей , но его отец все еще жил в царстве смертных. Как король, он нуждался в деньгах и в людях, и в его положении ,стресс, давление и компромиссы, которые он должен был улаживать между людьми, не были такого же уровня, как его. Точно так же как когда прибыли беженцы Юнаня и захватили территорию , создали шумиху, крали ,грабили.
Для бога войны,подобное было мелочью. Однако для жителей королевской столицы все это были самые настоящие, не имеющие конца , невыносимые пытки и кризис, ожидающий своего часа. Было бы глупо думать, что эта ситуация была простой лишь от того, что он не был тем, кто находился среди всех этих проблем.
Се Лянь не мог не вспомнить, что борода его отца стала еще белее, чем в последний раз, когда он видел его. В прошлый раз король сказал, что собирается покрасить ее, но у него, вероятно, больше не было сил заботиться об этом.
Когда Се Лянь был моложе, он твердо верил, что его отец был величайшим правителем в мире. Но чем старше он становился, тем больше понимал, что это не так. Его отец, хотя и был правителем ,но не мог считаться мудрым и компетентным, и даже был немного испорченным, часто совершая ошибки. Лишенный славы , он был не более чем простым человеком.
Чем больше он осознавал это, тем больше разочаровывался и король тоже заметил его разочарование. Таким образом, его отец не мог принять каждый несогласный взгляд, каждое несогласное слово Се Ляна. Однако больше всего он не мог смириться с тем, что Се Лянь видит его неудачи.Ни один отец в мире не хотел, чтобы сын видел промахи родителя . Каждый отец желал, чтобы перед своим сыном он всегда был самым великим.
