В воздухе пахнет жадностью, страхом и потенциальным преступлением. Любимые ароматы моих демонов.
Вся концепция клуба для меня ни хрена не значит. Такие случаи — единственная причина, по которой я вообще участвую.
— Ебаное слюноотделение — вот слово, которое ты ищешь, Килл. Я собираюсь сломать несколько костей и протащить ублюдков по земле. Если кто-то посмеет остановить меня, его постигнет та же участь. — Николай сжимает и разжимает кулак, не в силах скрыть свое возбуждение от охоты.
Когда мы впервые обсуждали это посвящение, я предложил эту игру.
После того, как Джереми поставил вопрос на голосование, остальные — в том числе и мой скучный брат — единогласно согласились.
Учитывая лук и стрелы, пристегнутые к его спине, он, возможно, не так ненавидит насилие, как я думал раньше. Он просто предпочитает делать это в закрытых кругах.
Как когда-то давно мы ходили с папой на охоту.
— Это резина на стрелах, Газ? — Николай тычет в наконечники. — Это, наверное, будет не так больно. Выбери что-нибудь другое.
— Подойдет. — Мой брат осматривает Николая. — Где твое оружие?
Он бьет кулаком по воздуху.
— Я предпочитаю кулаки."
"— Ты не сможешь победить кулаками. — Джереми размахивает клюшкой для гольфа, показывает на мою бейсбольную биту, а затем на цепь, которую держит Белая Маска. — Мы сможем охотиться больше, чем ты.
— Это ты так думаешь. — Он хватается за перила, прижимает маску к одной из камер и кричит на охрану, которая следит за каждым уголком участка. — Вам лучше вести правильный подсчет для каждого из нас, ублюдки, или я сниму кожу с ваших яиц.
— Ганнибал Лектер? — Прорычал Гарет.
Голова Николая качается в его сторону.
— Ты! Даже не думай вмешиваться или играть в долбаного пацифиста сегодня, кузен. Я серьезно.
Перекинув биту через плечо, я шагаю в сторону двери.
— Куда ты идешь? — Спрашивает Джереми сзади меня. — Десять минут еще не истекли.
Я ухмыляюсь из-под маски, но не оборачиваюсь.
— С каких пор мы играем честно?
Его негромкий смешок и крики Николая о том, что нужно спрыгнуть вниз, смешиваются, а затем исчезают в небытие.
Мои уши наполняются гулом охоты.
Когда я был маленьким, и отец понял, что у него в руках «дефект», он взял меня на охоту, вероятно, решив, что это поможет притупить мои желания.
Он научил меня преследовать добычу и направил мою энергию на то, чтобы стать человеческой гончей. Но с годами азарт охоты на животных постепенно угас и стал скучным.
А вот с людьми все иначе.
