Поднявшись на задние лапы, он, тяжело переваливаясь, прошел несколько шагов вдоль ограды и рухнул на брюхо, с хрустом ломая кусты. И захрапел.
— Это кто? — шепотом спросил я, не в силах отвести взгляда от зеленого мохнатого созданья.
— Та`ки, — ответил рыжий, как будто это должно было все объяснить.
— В смысле — Таки?..
— Ну так его зовут.
— А что он такое?..
— Он — зеленый говорящий медведь, — проговорил вдруг панда, чуть повернув морду и приоткрыв один красный глаз. — А ты — тупица.
— Отдыхай! — прикрикнул на панду рыжий, и, тронув коня, пояснил:
— По закону у каждой школы боевых искусств должен быть бог-покровитель.
Вот Ян где-то его и откопал. Говорят, он был божком пьяной рощи где-то на юге. С тех пор по школе бродит эта хрень, жрет свой горький дурман, который влетает «Грифу» в приличную сумму, но зато у нас есть официальный бог-покровитель. Такие дела.
— Курица или яйцо! — вдруг громко крикнул панда нам в спину. — Сила и магия! Вечно все путают… — его голос понизился до бормотания, и дальше уже ничего нельзя было разобрать.
Я обернулся.
— Да не обращай ты на него внимания, — махнул рукой рыжий. — Но обижать и насмехаться нельзя. У нас вот Бобер разок попробовал — Ян ему одним ударом четыре передних зуба выбил. Вставные пришлось делать. Вот только доктор размером ошибся, так что у него теперь даже когда рот закрыт, передние зубы меж губ выглядывают. Потому и Бобер.
— А чего он себе другие-то не сделает?..
— Так больно же.
— А, ну это да… — понимающе кивнул я.
Ян между тем уже отдал лошадь одному из тренировавшихся парней и широкими шагами направился к входу в особняк.
— А что с новичком-то делать? — крикнул ему вслед рыжий.
Ян остановился. Обернулся.
— А, да… Я и забыл совсем. Даня, а чем ты до этого занимался? Только не говори, что головы рубил."
"Твою мать. Да какая тебе разница, чем я занимался в Ямах? Я ж сюда к тебе за новой жизнью приехал!
— Да я это…
— Чего? — Ян приложил ладонь к уху, намекая, что я мусолю что-то невнятное себе под нос и он ничего не слышит.
— По хозяйству я был! — нашел я наконец более-менее сносную формулировку.
— В крахмальном переднике койки застилал или нужники чистил? Ты конкретнее!
— Чистил пыточную и посуду для заключенных! — крикнул я в ответ, осознав, что очередное унижение неизбежно.
— А, понял! Тогда на кухню его определи, пусть Леандру помогает.
Махнув рукой на прощанье, Ян направился к белокаменной лестнице особняка.
