Ну тогда оставь себе этих самых людей, в чем проблема-то? Вон, в школу боевых искусств их прими.
— В школу? — озадаченно уставился я на Флору. — Полуконей?..
— Вот! — воскликнула она, поднимая вверх указующий перст с длинным красным ногтем. — Вот. И в этом корень всех проблем. Они — как русалки, понимаешь? То есть ни рыба, ни мясо. С ними и как с кобылами нельзя, и как с человеком не получится.
— Но красивые же!
— Ну тогда и любуйся на них сам, кто ж тебе мешает? — усмехнулась Флора. — Но нет, ты побежал искать дурака, который возьмет на себя это великое счастье.
Или, вернее, дуру. Так вот спешу тебя огорчить: желающих найдется очень немного. Если вообще таковые отыщутся.
Покинув храм Флоры, я закурил.
— Ну? — спросил меня Лёха.
— Что «ну»?
— Чего делать будешь? Подозреваю, эта язычница во многом может быть права.
Я шумно выдохнул серую струйку дыма в прозрачный, пронизанный солнцем воздух. И глубокомысленно произнес:
— Скажи мне, Лёха, как русский человек русскому человеку: каким методом можно убедить толпу греков, что им жизненно необходимо то, что на самом деле им не нужно?
— М-ммм, — промычал Лёха.
— Дать в морду?..
— Ну, в целом, конечно, метод рабочий, — согласился я. — Но не в нашем случае. Нет, друг мой, надо попросить о помощи греческого еврея!
Зачерпнув горсть монет, я высыпал ее на перекресток.
— Гермес, приходи! — крикнул я погромче, глядя в небо. — Разговор есть!
Монеты пропали мгновенно, а вот сам Гермес появился не сразу.
Но минут через пять ко мне подошел старичок в рваной зимней одежонке, но при этом босой и в широкополой летней шляпе. И скрипучим, дребезжащим голосом спросил:
— Ну и чего тебе надобно в этот раз?
— Отличная маскировка, — хмыкнул я, глядя на чистые, молодые и голые ступни бродяги.
— Отвянь, а? — уже безо всякого дребезжания сказал Гермес, зыркнув на меня из-под мохнатых бровей. Но на ногах медленно проявились старые ботинки. — Звал зачем?
— Мне нужен совет.
Отойдем в сторонку?
— Ну, давай отойдем…"
"В итоге мы расположились в ближайшей подворотне. Пара старых ящиков, банка солений из бездонного кармана Гермеса и призванная бухаловом водочка сделала нашу переговорную поводом для зависти всех городских бомжей.
Выслушав суть моей проблемы и хорошенько закусив солёным огурцом очередной стопарь, Гермес хмыкнул. И с немножко нетрезвой интонацией проговорил:
— Тоже мне нашел проблему.
