— Ни за что! Я сохраню его на память и буду перечитывать в качестве молитвы о поднятии боевого духа!
Деметра ткнула меня острым локотком в бок.
— Боевого духа? — многозначительно переспросила она.
— Ага, — широко улыбаясь, отозвался я. — Как доказательство того, как мне повезло с друзьями.
Я подвинул стул для Ли, а сам уселся на постель рядом с Деметрой. Наколдовал нам по бокалу коньяка.
После пары глотков Лилит уже не казалась такой напряженной. Упругий хвост мягко лег на пол.
— Хочешь не хочешь, а что-то делать все равно надо, — сказала она, глядя на меня грустными глазами.
— Конечно, — кивнул я, соглашаясь. — Не сомневайся, я не собираюсь складывать лапы и тонуть в молоке.
— Кстати, Азра просил передать кое-что из твоих сбережений, — сказала демоница, протянув мне набитый кошелек. — Сказал, чтобы ты оделся поприличней, когда пойдешь на совет к его величеству.
Я удивленно приподнял брови.
— А у нас будет какой-то совет?
— В шесть вечера. И ты вроде как приглашен.
— А-ааа, — протянул я, соображая.
Так вот почему Альба просил меня прийти к определенному часу!
Я опрокинул в себя коньяк. На пустой желудок он показался резковатым, так что я невольно содрогнулся и поморщился.
— Пойдем поедим? — предложил я, чувствуя, как хмельная жидкость обволакивает сознание. — На премиальные деньги.
Так мы втроем перебрались из комнаты в харчевню, где и позавтракали. Или пообедали. В любом случае, еда была вкусной, компания после коньячка тоже стала вполне улыбчивой и настроенной на дружественный лад.
Короче, я оставил девчонок в харчевне поедать пирожные абсолютно без опасений, что кого-нибудь потом не досчитаюсь. И отправился на поиски приличной одежды."
"Полуденное солнце щедро заливало город своим ослепительным сиянием. Блестели крыши, железные цепи над вывесками, горбушки булыжников и кудри по-летнему прихорошившихся девушек. Запах свежего ржаного хлеба уютным облаком ползло из пекарни по улице.
Я отыскал для себя приличный комплект одежды — крепкие штаны, рубашку безо всяких излишеств и кружевных оборок, тонкие сапоги и легкую куртку а-ля Нергал.
Потом зашел к цирюльнику, где меня постригли и побрили по высшему разряду, надушив напоследок каким-то ядреным лосьоном, от которого местная болонка трижды чихнула и ушла во двор.
Вот такой весь чистый и благоухающий назло всем собакам я вышел на улицу.
И обратил внимание на карету с опущенными занавесками на окошках, стоявшую на другой стороне улицы.
