Бой тигров в долине. Том 1

Но опять же, чтобы это выяснить, нужно посылать запрос на информацию о пребывании его в местах лишения свободы, о его контактах в период отбывания наказания, о криминальных авторитетах, которые мотали срок одновременно с Георгием Петровичем, а ведь никакого дела, под которое можно было бы запросить эту информацию, в производстве нет. А просто так, под «честное слово», ее фиг раздобудешь.

В общем, по-прежнему ничего не понятно. И очень не хочется, чтобы у Галки были неприятности. Антон еще раз мысленно воспроизвел разговор с Денисом Чернецовым и пришел к окончательному выводу: имя Галины Тишуниной ему и в самом деле ни о чем не говорило.

Но он что-то тщательно скрывает. И при этом совершенно не боится.

Мать Ленара Габитова звонила в Москву регулярно, раз в три-четыре дня, справлялась у своей дальней родственницы Динары Айратовны о сыне, который на родителей обиделся и звонить им нужным не считал. Они действительно плохо расстались с Ленаром, мальчик замкнулся в гордом молчании, но материнское сердце с этим смириться никак не могло, поэтому два раза в неделю Динара Айратовна давала точный и подробный отчет о том, как Ленар выглядит, как он ест и крепко ли спит, не болеет ли, где и кем работает и вообще чем занимается в свободное от работы время.

Динара Айратовна одинаково нежно любила и свою казанскую родственницу, и ее сына, Ленара, поэтому, отдавая должное желанию матери быть в курсе, все-таки интересы юноши тоже блюла и про его роман с московской медсестричкой Наташей до поры до времени ничего не рассказывала.

Но сегодня ей пришлось нарушить данное самой себе слово и про Наташу все-таки рассказать. Голос матери Ленара по телефону звучал встревоженно, в нем слышались паника и отчаяние.

– Динара, что происходит? Что с Ленаром? – начала она сразу, даже не поздоровавшись.

– С ним все в порядке, – неторопливо ответила Динара Айратовна, тучная невысокая женщина пенсионного возраста с приятным округлым лицом, на котором почти совсем не было морщин.

 – Он здоров, все хорошо. А чего ты так разволновалась?

– Он звонил Ахату.

– Сам позвонил? – изумилась Динара. – Что, решил помириться с вами?

Вообще-то это было странно, Ахат, отец Ленара, был человеком строгим и не склонным с сантиментам, и если уж мириться, то звонить следовало бы матери, которая была намного мягче и нежнее."

"– Он денег попросил. Сказал, что не может объяснить зачем, но ему очень нужно. И сумма приличная, не копейки.