А настоящая дружба предполагает полное доверие и полную открытость. Запомнила?
– Запомнила, – улыбнулась Наташа.
– Тогда я иду накрывать на стол, а ты отмывайся. Надеюсь, тебе мои вещи подойдут, мы с тобой примерно одной комплекции.
Наташа долго стояла под горячим душем, несколько раз намыливала жесткую мочалку, изо всех сил терла себя, смывала пену и снова терла, и снова смывала. Наконец ей показалось, что вся грязь с нее сошла. Она вытерлась большим белоснежным полотенцем и несколько минут постояла посреди ванной, прежде чем начала примерять на себя одежду Маргариты Михайловны.
Вещи оказались впору, только джинсы были чуть-чуть тесноваты, но это ничего."
"Сели за стол, налили кто вино, кто коньяк, Виталий Николаевич попросил позволения сказать тост, горячо поблагодарил Маргариту Михайловну и Бориса Ленидовича и шумно порадовался их общему успеху. Ленар его активно поддержал:
– Правда же, мы все молодцы? Мы, непрофессионалы, сумели сделать то, что не удалось опытному следователю. И Наташа теперь свободна! Ура! – громко заявил он.
Марго молча отпила глоток вина и покачала головой:
– Не нужно так радоваться, голубчик.
– Но почему? – удивился Ленар. – Разве мы не победили?
– Гоша, только не Конфуций! – взмолился Борис Леонидович. – Я даже знаю, какую цитату ты собираешься сейчас привести.
– Хорошо, – неожиданно покладисто согласилась Марго. – Если знаешь – скажи сам.
– Может, не надо?
– Надо, Боренька, – рассмеялась она. – Говори.
– Ладно, – тяжело вздохнул Райнер. – В общем, этот ее китаец говорил примерно следующее: «Если ты констатируешь факт преступления, то пожалей преступника, а не восхищайся своим умом».
Что-то в этом роде.
– Так вы что, предлагаете нам пожалеть Ларису Скляр и этого Суханова, что ли? – изумился Ленар. – Или я вас не понял?
Кирган тронул его за плечо и негромко проговорил:
– Ты не понял, Ленар. А китаец прав, уж ты мне поверь.
Разговор повернул в сторону будущей книги Ленара, и неожиданно Виталий Николаевич произнес:
– Слушай, брось ты дурью маяться.
Зачем тебе эта книга? Какой от нее прок? Кому ты поможешь? А вот то, что ты сделал для Наташи, – это реальная помощь, настоящая. И кайф от реальной помощи человек получает намного более сильный, чем от осознания того, что он написал книгу, которую еще неизвестно сколько людей прочитают и прочитают ли вообще. Я сам это понял только благодаря тебе и тому делу, с которым ты ко мне пришел. Раньше я оказывал услуги и не понимал, что такое по-настоящему оказывать помощь.
