Боярышня Дуняша 2

— Да кто ж доверит чужаку свою жизнь? — удивился Алексейка, а вот Ерёма согласно кивнул. Не так давно посадник серебром осыпал иноземца за то, что тот выпустил из него скверную кровь. Раньше за пущенную кровь виру брали, а теперь награждают. Куда мир катится?

Про пеньку, лён и прочее забыли. Дуня увлеклась и начала рассказывать о медицине. И только подойдя к мосту заметила, что её слушатели заскучали. А она сделала для себя неожиданный вывод: несмотря на то, что она испытала стресс, складывая ноги Афанасию, ей понравилось восстанавливать его здоровье.

Она могла бы быть кем-нибудь вроде фитотерапевта, но, к сожалению, здесь лекарь должен быть мастером во всем.

— Пришли, боярышня, — сообщил Ерёма и Дуня растерялась.

Как дальше ей поступить? Подходить к кому-то и спрашивать, не нужны ли яблоки? Так ей невместно. Открыть коробочку и угощать? Но тогда её примут за коробейника, который не от мира сего.

Она прошлась по мосту туда-сюда. За ней следовали боярич Семён, доверенный Соломонии Ерёма, дядька, Алексейка.

Вскоре их компания привлекла внимания, а Дуня никак не могла ни на что решиться."

"Ей уже стало ясно, что чем дольше она будет тянуть, тем сильнее уверится в собственном идиотизме, но никак не могла начать действовать. Первые ростки неуверенности начали перерастать в боязнь показаться дурой. Надо было срочно что-то предпринимать, чтобы сопровождающие не сочли их поход напрасной тратой времени. А ведь из-за них её планы присмотреться полетели в тартарары! Дуня остановилась.

Ей бы поймать вдохновение, но его нет!.. Она с тоской посмотрела туда, откуда пришла, а руки уже достали коробочку с яблоками, распаковывали её, и пора было как-то проявить себя…

— Ах! — воскликнула она, но вышло неубедительно и мало кто услышал её.

— А-а-ах!!! — повысила она голос. — Божественно! А-а-ах! Это чистейшее наслаждение! — восторженно объявила она всему миру и пнула застывшего Алексейку, раскрывшего в удивлении рот и перегородившего ей видимость.

Дуня успела заметить, как насмешливо вспыхнули глаза боярича Волка, как Ванин дядька тяжко вздохнул, а Ерёма непонимающе захлопал глазами. Алексейка стоял ему под стать.

— Оу, какие чудесные конфеты! Ай, да это же яблочки! А я думала, что ем персидское лакомство падишахов. Алексейка, ты чуешь волшебный запах?

— А? Чё?

— Скажи мне, где же ты раздобыл такое чудо? Их же можно где-то купить? — надрывалась Дуня.

— Так ты ж сама… ой.