Что же произошло?
В последний раз Дуня видела его при входе в княжеский терем, а сенная девушка насплетничала, что он не пожалеет жизни за великую княжну Марию Борисовну, потому что любит!
— Василий Семёныч, — тихо произнесла Дуня, смотря ему в глаза, — что случилось?
Его люди дернулись, но едва слышный рык:
— Сядьте! — вернул их на место.
Дуня, не отрывая взгляда от тверского боярина, спустилась со скамьи и едва заметно повела подбородком на выход.
За этот жест она готова была сама себе настучать по голове.
В тёмном помещении между трапезной и входом ей быстро и незаметно свернут шею! А она, видите ли, подметила, что другие паломники поглядывают на неё из любопытства и будут обязательно глазеть и прислушиваться, если она продолжить разговор с Бокеевым здесь.
Девочка отошла, взяла кувшин и понесла его к выходу. В коридоре специально хлопнула тяжелой входной дверью, а сама отбежала в угол. Немного света поступало из верхнего окошка, мимо которого шла лестница, и этого хватало, чтобы оглядеться.
"
"К сожалению, а может, в Дуниной ситуации, к счастью, в любую минуту тут мог появиться кто-нибудь, но другого места переговорить не было. На улице вновь гремел гром, сверкнула молния, а косой дождь с новой силой ударил по стенам.
— Боярышня? — вежливо обозначил себя Бокеев и чуть склонил голову.
Дуня равнозначно ответила мужчине и повторила вопрос:
— Что случилось?
Он молча сверлил её взглядом.
— Что с Марией Борисовной? — уточнила она.
Вот тут он ожил и с большей заинтересованностью посмотрел на Дуню, а потом вдруг вновь поклонился, но уже значительно ниже.
Видно было, что теперь он узнал девочку и вспомнил о её участии в раскрытии заговора.
— Она жива? — нетерпеливо спросила Дуня.
— Жива, — глухо ответил боярин.
— А эта… отбыла? — Дуня опасалась произносить имя старой княгини вслух, но сумела интонацией обозначить своё отношение.
— Эта? — зло и насмешливо переспросил он. — Сдохла…
Он не договорил, хотя наружу рвалось слово «тварь»!
Дуня резко втянула воздух сквозь сжатые зубы и на какой-то миг застыла в таком положении.
Бокеев выжидающее смотрел на неё, а она пыталась сообразить, как всё произошло и что сейчас делать. Соображать надо было быстро и правильно, а не так, как всегда. Первым делом Дуня выдохнула:
— Хорошо.
Привязавшийся к ней страх после разговора с Ярославной и терзавший всё это время, наконец-то отпустил.
— Очень хорошо, — повторила Дуня и открыто посмотрела на Бокеева, давая понять, что не враг ему.
