Боярышня Дуняша (СИ)

— Скатертью дорога! — пожелали хозяева гостеприимного дома и приложили руку к

сердцу. Дуня в ответ вместе с остальными поклонилась поясным поклоном, благодаря за

поддержку и приют.

К позднему вечеру небольшой караван добрался до имения и все с радостью заселились в

прогретый дом. Дуня даже погладила стены своей светелки, понимая, что сегодня вновь будет

ночевать одна. Уединения ей сильно не хватало.

— Дуня! — позвала её Маша. — А где лежат травы, которые передала Катерина для Ивана

Харитоновича?

Дуняша хитро расплылась в улыбке.

тринадцатилетний юноша с синими глазами,и Машуня млела от него. Тощий пацан вызывал в

ней трогательную нежность и жалость. Ей все время казалось, что без неё он пропадёт. Она

часами могла сидеть и пересказывать ему все сказки, которые услышала от Дуни и московских

сказительниц. А он безропотно исполнял все её требования по лечению, лишь бы она

продолжала сидеть рядом и говорить.

— Я сейчас принесу! — подскочила Дуняша.

— Скажи на кухне, чтобы их заварили и горячими принесли в горницу Ивана Харитоновича,

— попросила Маша, но прежде чем Дуня что-либо ответила, раздался голос Милославы:

— Дочка, тебе нельзя к нему!

— Но… — Маша покраснела, прекрасно зная, что мама права.

— У Кошкиных была общая горница для пострадавших и там командовала Катерина, а здесь

тебе нечего делать на мужской половине.

— Но ему же скучно будет без меня, — губы Марии дрогнули, и она чуть не расплакалась.

— И я обещала лечить его!

— Дядька твоего братика позаботится о нашем госте, — чуть насмешливо произнесла

Милослава, — а ты завтра развлечешь его, когда он выйдет посидеть на солнышке.

— Но…

— Я всё сказала, — отрезала боярыня и,мимоходом погладив Дуню по плечику, ушла к себе

обустраиваться.

День завершился спокойно. Все устали с дороги и легли сразу спать. Зато утром загородное

имение ожило, у всех его обитателей было полно дел.

Дуняша дала распоряжение, чтобы управляющий выделил Аксинье место для работы и

помог ей заново начать своё дело.

грядочки в детском огороде и высыпать перепревшую землю на выделенный ей участок для

посева зерна.

До обеда девочка успела съездить с Любашей и Якимом к скале. Там они выбрали место для

их будущего дома, и боярышня весь остаток дня втолковывала управляющему имением

Фёдору, какую она хочет поставить избу для молодой пары.

— Да как же из камня? — охал ставленник боярина.