— Нет, за месяц ты даже похоже не изобразишь, да это и не нужно. Мы попробуем с вами беспроигрышный вариант.
— Какой? — вскинул бровь Воробышек, утирая шею и подбородок краем майки. Я снова уставилась на его каменный пресс.
— Мы возьмем аргентинское танго! Оставим контемп на следующий раз, сыграем на чувствах и эмоциях! Катерина очень гибкая и чутко ловит ритм. У нее красивые стопы, прямая спина, и она действительно легко обучается. В этом танце достаточно много импровизации. Это выход!
— Э-э, но…
— Погоди возражать, Катя.
Я знаю своего брата. Он за мной еще малышом в бальную школу бегал и подавал надежды. Ваня справится.
Вот ничуточки в нем не сомневаюсь! Но танго? Да захочет ли Воробышек вообще его со мной танцевать?!
Я взглянула на Ивана. Он стоял, озадаченно смотрел на меня и словно раздумывал. Я сняла очки и протерла стекла футболкой. Снова надвинула на нос. Что-то он долго размышляет.
— Пожалуй, ты права, Женя, — наконец-то ответил сестре. — Мы попробуем.
— Отлично!
— Но за мои мучения, Очкастик, с тебя еще один реферат! — остался верен себе.
— А сейчас домой. Хватит тебе на первый день впечатлений!
Вот так. Сказал, и гордо направился из зала, сунув руки в задние карманы джинсов.
Ну да, знаю я, что у тебя красивая спина, Клюв. Можно было так явно и не демонстрировать!
Наткнувшись на серый, любопытный взгляд Жени, подумала, что девушка сейчас скажет что-то типа: «Какой же мой Ванька нахал!», а она вдруг взяла и сказала.
— Мне кажется, Катя, что ты ему нравишься.
Нравлюсь? Я? Да ерунда! Очередная иллюзия! Хотя, может быть, вчерашняя Катя, и правда, Воробышку немного понравилась. Четвертый шаг сработал на «отлично», что ни говори, пусть он и для меня оказался сюрпризом. Но Ивану многие нравятся, а сам он девчонкам нравится еще больше — такой, какой есть. Иначе не было бы заинтересованных девичьих взглядов и уверенных слов: «Это просто встречи без обид и продолжений. И без всех этих глупых походов в кино!». А были бы совсем другие.
Но слова были, и была я — Катя Уфимцева, восемнадцатилетняя студентка четвертого курса, ботаник и Заучка, зубрилка и очкастик, мамина и папина гордость, собственноручно загнавшая себя в капкан глупого спора. Ну и где же, скажите на милость, отсутствовала моя светлая голова?
Я оделась и вышла из здания студии на улицу. Воробышек стоял возле своего спортбайка, сунув руки в карманы — темноволосый парень в черной куртке, как раз на моем пути.
