Больше всего напоминает обычное ведро небольших размеров, только поуже и повыше. Ну, литров так на пять-шесть. И высота хорошая – сантиметров семьдесят.
— Что это такое, почтенная ман?
— Ой, я сейчас уберу, юная кир. Это предназначалось для бутылок с игристыми винами, вот здесь были ушки и к ним крепили большие атласные банты. Внутрь такого сосуда обычно кладут лёд на дно и в него немного закапывают бутылку вина из Мирны. Знаете, то, которое пенится. Ну и не довезли в целости, из четырёх – три ушка откололись в дороге.
Вы же понимаете, грузчики, они такие…
Я потрогала пальцем края – не критично. Конечно, можно порезаться, если быть неаккуратной. Но я не порежусь.
— И сколько такое будет стоить?
— Милая кир, вы, должно быть, не поняли — у меня нет такого целого!
— Я прекрасно поняла, почтенная ман. Но меня интересует цена именно на вот это, со сколами.
Удивлённая хозяйка немного помялась, понимая, что если не куплю я – это будет для неё чистый минус. Вряд ли ещё кто-то заинтересуется побитой посудой.
И, в конце концов, назвала цену. Очень приятную для моего кошелька. Наверняка, в минус себе, но так она вернёт хоть что-то. И ещё я приобрела относительно недорогую вазу из такого же белого стекла, как и ведро. Она приглянулась мне тем, что рисунок у неё был только на одном боку. Такие вазы ставят или в ниши, или в углу комнаты. Кир Лисса всё это время стояла, слегка поджав губы, и не вмешивалась в разговор. Но когда мы ехали домой, не выдержала и спросила:
— Кир Стефания, правильно ли я поняла, что вы собираетесь подавать на обед игристое вино?
— Нет, кир Лисса, не собираюсь.
— А зачем вам понадобился целый горшок чёрной краски и мотки разной бечёвки?"
"— О, это для украшения моего зала… – я уже открыто хихикала. – Вы обязательно оцените это сами, кир Лисса, только уже в день Равновесия.
На этом разговоры и закончились. Про себя я, немного ехидно, думала, что пусть Лисса помается от любопытства. А у меня дома есть замечательный медный подсвечник, весь зелёно-бурый от старости.
Конечно, он покорёжен и пользоваться им уже нельзя. Но что мне мешает разобрать его на детали? А если обычную бечёвку пропитать чёрной краской, то прямо на зеркале, по краям, можно выложить рамку, которую в двух шагах никто не отличит от кованой.
Горничную пришлось перевести на чердак, благо, ещё осенью, во время ремонта, его утеплили, и Сета не будет мёрзнуть. Недовольства она не проявила.
