С трепыхающимся сердцем в груди приняла вызов.
— Да.
— Добрый вечер, — сказал мне Марат.
Меня перекосило.
Добрый вечер.
Как официально...
Как чужой сказал. Впрочем, если он решил со мной развестись, то какого приветствия я ещё от него жду?
— Здравствуй, Марат, — ответила я ему, стараясь не выказывать своих чувств.
— Как Арсений? Алиса?
— Всё в порядке. Уложила их спать.
— Болезнь отступила?
— Да, завтра он уже идёт в сад.
— Это хорошие новости.
— Да, слава богу, он поправился.
— Лина, а где ты была весь вечер? — неожиданно спросил он.
— А что? — ответила вопросом на вопрос я. — Кажется, ты вытурил меня из дома и хочешь развода. Так с какой стати я должна тогда перед тобой отчитываться?
— Пока ещё ты моя жена, – жёстко ответил он. — И я не желаю, чтобы все судачили за моей спиной о твоих похождениях. Если так хочешь шляться — дождись официального развода.
— Марат, я ведь беременная, — устало воззвала я к его разуму в который раз. — Какие ""шляться""?"
"— Мы прекрасно все знаем, что твой главный поклонник на всю жизнь Марк примет тебя любую: хоть беременную, хоть с детьми!
— О боже, Марат! — обалдело произнесла я.
— У тебя совсем уже крыша поехала на фоне ревности!
— Ещё неизвестно, не его ли ребёнок.
— Он твой, — уверенно сказала я. — Потом бы будешь жалеть об этих словах. Потому что я права.
— Не ты ли просила остаться с детьми, а сама уехала на весь вечер?
— Я и была с ними, а уехала лишь на пару часов.
— Где ты была?
— Может, ты ещё слежку за мной организуешь?
— Надо будет — организую.
Я жду ответ на свой вопрос.
— Я была у отца, дурак ревнивый, — прошипела я в трубку. Он сейчас меня просто ужасно раздражает. — Можешь позвонить ему и спросить! Мой отец не врет, ты сам знаешь.
Марат на время замолк. Видимо, в его голове я делала что угодно и с кем угодно, только о поездке к родному отцу он и не подумал.
— Как он? Ты ему все рассказала?
Теперь замолчала я. Снова вспомнила весь этот разговор, и слезы опять выступили на глазах.
— Да, рассказала, — ответила я.
— Какой смысл молчать, если всё равно все узнают?
— Как он это перенёс? У него ведь сердце.
— И давление.
— И давление.
— Разволновался. Думаю, потом таблетки ел горстями, но мне виду не показал.
— Понятно. Надеюсь, с ним всё будет хорошо.
— Марат...
— Что?
— Выслушай меня, пожалуйста.
— Нет, Лина. Я не верю твоим словам, извини. Что бы ты ни сказала, это ничего не изменит.
— Как ты можешь так? Выкинуть на помойку столько лет нашей жизни? — воскликнула я.
